Книга На границе империй. Том 10. Часть 16, страница 46 – INDIGO

Первая моя мысль была проста и прямолинейна: подогнать линкор. И разнести главным калибром — это каменное гнездо вместе с пиратами одним хорошим залпом. Шесть орудий главного калибра, залп и готово. Я уже потянулся к интерфейсу управления. Пальцы привычно нашли нужные сенсорные панели, уже формируя в голове команду, в этот момент искин корабля мягко, но однозначно прервал мой наступательный порыв.

— Манёвр невозможен, — произнёс синтетический голос искина без каких-либо интонаций. — В астероидном поясе произошли изменения конфигурации. Вероятность навигационного инцидента при попытке сближения равняется девяносто двум процентам.

Я откинулся назад в кресле и зло посмотрел на экран.

Девяносто два. Как будто искин специально подбирал цифру, достаточно высокую, чтобы я понял: не суйся туда, это математика, ничего у тебя из этого не получится.

Всё дело было в том, что мы сами всё и испортили.

Расчищая пространство для манёвра при первоначальном входе в сектор, мы использовали силовые поля, чтобы сдвинуть несколько крупных астероидов. Казалось, мелочь немного отодвинуть камни, создать коридор для прохода линкора. Несложная задача и рутинная операция. Но астероиды живут по своим законам: сдвинутые нами глыбы толкнули соседние, те следующие глыбы, и цепная реакция постепенно перетасовала весь местный рельеф, переупорядочив тысячи тонн породы так, а потом эта реакция пошла в обратную сторону. В результате коридор, по которому мы прошли тогда, теперь был закрыт.

Проход оказался заперт с наружной стороны так же надёжно, как пираты со своей стороны.

Мы сами выстроили эту стену, даже не заметив этого.

Несколько минут я просто смотрел на карту, медленно водя взглядом по её поверхности, ища зазор, угол, хоть какую-то щель, которую можно было использовать. Цифры и контуры молчали. Ничего.

Молодой тактик, с характерной сосредоточенной морщиной между бровей, которую я уже научился читать как индикатор его внутреннего состояния, бросил на меня быстрый взгляд. Поначалу просто взгляд. А потом с интересом начал в мою сторону посматривать постоянно. Он тоже понимал, что ситуация зашла в тупик, и явно ждал, как я буду из него выходить.

А я пока и сам этого не знал.

Думал о том, как мне им помочь, и мой взгляд остановился на пилотском мундире Вэнс.

Истребители! Конечно. Маленькие. Юркие. Созданные именно для того, чтобы проходить там, где не пройдут большие корабли. Я посмотрел на тактический экран, где мерцали отметки пиратских позиций, надёжно укрытых за каменными глыбами астероидного поля. Рейдеры топтались на месте, методично обменивались залпами с противником и не могли сдвинуть патовую ситуацию. Огонь уже шёл вяло, почти лениво, как будто обе стороны давно смирились с тем, что ничего не решат быстро. Но истребитель — это же совсем другое дело. Истребитель не нуждается в широких проходах, ему хватит щели, в которую большой корабль и не сунется.

— Искин, канал связи с капитанами рейдеров!

— Выполнено, адмирал, — немедленно отозвался бортовой искин ровным, лишённым каких-либо интонаций голосом.

— Что там у вас вообще происходит?

На экране появились два лица. Немолодой капитан первого рейдера — широкоскулый, с глубокими морщинами у глаз и усталым взглядом разумного, который провёл в рейдах слишком много времени, чтобы удивляться чему-либо ещё. Его мундир был расстёгнут на верхней пуговице, а на виске пролегала свежая ссадина — видно, приложило при каком-то манёвре. Рядом возникло лицо молодого капитана второго рейдера. Она выглядела напряжённой, скулы заострились, под глазами залегли круги. Новенькая, что ли, подумалось мне. Первый бой? Да непохоже на первый бой. Экипаж может быть неопытным, но капитанов всегда обычно назначали с опытом.