Книга На границе империй. Том 10. Часть 16, страница 72 – INDIGO

— Понял. Смотри за ними внимательно. За всеми шестерыми. Никто из них никуда не отходит, даже на пару шагов.

Короткая пауза, и я почти видел, как Баренс на той стороне бросает взгляд на колонну за спиной, пересчитывая шестерых по головам.

— Понял, адмирал. Но у меня другой вопрос: что нам дальше делать? Нас обложили с обеих сторон.

В ответ я усмехнулся — едва заметно, так, чтобы никто в рубке этого не увидел. Молодой лейтенант. Первый по-настоящему серьёзный бой такого масштаба. Держит позицию, учёных сохранил, раненых вытащил из-под огня и при этом искренне уверен, что угодил в безвыходную ловушку. Снаружи, с его точки зрения, оно именно так и выглядит: пираты давят с двух сторон, коридор простреливается насквозь, пути нет ни назад, ни вперёд. Безупречная ловушка, без вариантов для отступления.

Похоже, так ему кажется.

— Баренс. Ты не обложен… — я сделал паузу, чтобы это успело дойти, осесть, оформиться в его голове в законченную мысль. — Похоже, ты ничего не слышал про зеркальную ловушку. Так вот, ты сейчас находишься в центре ловушки, которую я для них приготовил. Разница принципиальная. Они сейчас думают, что именно они устроили нам ловушку. Но ты совсем забыл про парней, что ушли на разведку в тоннели ещё до начала перестрелки. Сейчас они по моему приказу уже вышли из тоннелей и осторожно преследуют пиратов, которые только что преследовали тебя.

Пауза на этот раз была другой — явной. Лейтенант только сейчас осознал, что я ему сказал. Я хорошо знал эту паузу. Видел её много раз у офицеров, у которых ситуация только что перевернулась с ног на голову в хорошую сторону, когда то, что совсем недавно казалось поражением, оказывается чужой ошибкой. Это особый момент, ни с чем не спутаешь, момент, когда офицер понимает, что теперь из жертвы он становится охотником.

— Понял, адмирал, — только и сумел ответить он.

Голос у него изменился. Стал другим. Явно увереннее и одновременно собраннее, так бывает, когда паника уходит и на её место занимает холодный расчёт.

— И ещё одно.

— Слушаю.

— Дроидов побереги. Они тебе ещё понадобятся. Пускай держат оборону, но не лезут вперёд без команды.

— Принято.

— Значит, вначале, по моей команде, дроиды атакуют пиратов, а ты атакуешь с небольшой паузой следом за ними. Как только противник отвлечётся на вас, два взвода, находящихся у них за спинами, поддержат тебя огнём с тыла. Пираты окажутся между двух огней — точно так же, как ты сейчас.

— Понял, адмирал, — и в этот раз в его голосе было то, что называется настоящей ясностью.

Открыл канал к двум взводам, ушедшим в разведку по тоннелям.

— Докладывайте!

— Первый взвод: двигаемся. Пираты двигаются по центральному тоннелю впереди нас. Преследуем. Дистанция сокращается, — доложил голос сержанта, ведущего группу, — сухо, деловито.

— Второй взвод: подтверждаю. Двигаемся вместе с первым взводом. Пиратов пока не видим, но слышим шаги и движение впереди, — добавил второй голос, чуть более напряжённый, будто его обладатель шёл первым в колонне и держал оружие наизготовку прямо во время доклада.

— Баренс. Приготовиться.

— Готов, — отозвался он коротко, без лишних вопросов, и в этой короткости уже слышалась та самая ясность, о которой я думал минуту назад.

— Адмирал… они прекратили стрелять? — произнёс он вдруг, и в голосе его прозвучало нечто новое — настороженность, граничащая с недоверием собственным ощущениям.