Книга На границе империй. Том 10. Часть 17, страница 19 – INDIGO

— Завтрашнего утра, — эхом повторила Мила, и в её голосе прозвучала та же горечь, что и минуту назад.

— А если там просто ретранслятор сломался, и с Алексом всё в порядке? — неожиданно спросила Лера, и в её голосе впервые прозвучала нотка надежды.

— Лера, с очень большой вероятностью, скорее всего, так и есть, — ответил вице-адмирал как можно увереннее, стараясь, чтобы голос не выдал того сомнения, что грызло его самого изнутри. — Так что поводов для паники пока нет.

Он сам не был до конца уверен в собственных словах, но произнести вслух что-то менее обнадёживающее сейчас, глядя в лица матерей своих внуков, у него просто не повернулся язык. За долгие годы он научился разделять то, что говорит подчинённым как командующий, и то, что чувствует как отец и дед, но никогда прежде эти две роли не давались ему одновременно так тяжело, как сейчас, здесь, в этом кабинете.

— А чего это вдруг контр-адмирал заинтересовался Алексом? — задумчиво спросила Мила, и он не сразу понял, к чему она клонит, машинально нахмурившись.

— Так, он ведь туда не по личной инициативе полетел, а по заданию флота, и улетел на флагмане флота, — ответил он, слегка удивлённый тем, откуда взялся этот вопрос у дочери.

— Странно… — всё так же задумчиво протянула Мила, глядя куда-то мимо него.

— Что странно, дочь?

— Странно, что он вообще интересуется Алексом. Раньше, когда его ранили, контр-адмирал не проявил к нему ни малейшего интереса. Прилетел вроде для разговора с ним, а как узнал, что произошло, развернулся и сразу же улетел обратно, даже не дождавшись, когда Алекс придёт в сознание. Странно это всё…

— На мой взгляд, ничего странного в этом нет, — возразил ей вице-адмирал, хотя внутри уже начало ворочаться сомнение.

— Просто ты, отец, многого не знаешь, — сказала она с той спокойной уверенностью, что заставила его насторожиться ещё сильнее.

Он внутренне усмехнулся, подумав, что за годы службы привык считать себя одним из наиболее осведомлённых разумных на флоте, и вот теперь собственная дочь походя ставит под сомнение эту уверенность одной короткой фразой, брошенной вскользь.

— Чего именно я не знаю?

— Мне тут шепнули по секрету, что он сильно недолюбливает Алекса.

— Он? Алекса? Мила, ты наверняка что-то путаешь, они ведь даже никогда не встречались, — сказал он дочери, и сам понял, как неубедительно это прозвучало.

— Да нет, пап, ничего я не путаю. Говорят, он боится Алекса, потому что считает, что тот метит на его место.

— Это тебе Алекс сказал такое? — он невольно нахмурился.

— Конечно, нет. Но не у тебя одного есть связи в штабе командования флотами, — она чуть приподняла бровь, явно довольная тем, что застала отца врасплох, и на миг в её глазах даже мелькнуло что-то похожее на прежнюю детскую усмешку.

— По-моему, это полный бред, — сказал он твёрже, чем чувствовал на самом деле, и сам услышал в собственном голосе фальшивую нотку.

— Бред или не бред, а Алексу сам император благоволит, и кое-кто этого сильно боится. Так что он вполне мог организовать что-то там, — тихо, почти шёпотом сказала Мила.

— Ты хоть слышишь себя Мила? — он невольно повысил голос. — Обвинить старшего офицера флота в диверсии против собственного подчинённого — это не шутки, Мила. Такие слова, брошенные не в том месте, могут стоить тебе куда дороже, чем ты думаешь, и не только тебе.