Книга На границе империй. Том 10. Часть 17, страница 32 – INDIGO

— В таком состоянии вряд ли, — задумчиво ответил вице-адмирал, рассматривая Алекса внимательным взглядом. Пальцы его левой руки то сжимались в кулак, то разжимались снова, будто жили отдельной от него жизнью, а плечи чуть заметно подрагивали, и вовсе не от холода, в этом вице-адмирал был совершенно уверен.

Внутри вице-адмирала разом смешались десятки чувств: облегчение оттого, что Алекс вообще жив, тревога за его нынешнее состояние и глухое, тяжёлое раздражение на систему, которая сочла возможным гонять контуженого разумного по станции ради демонстрации субординации. Он вспомнил, как много лет назад, ещё молодым лейтенантом, читал в уставе строки о недопустимости привлечения тяжело раненных и контуженных к исполнению служебных обязанностей без заключения медицинской комиссии и как быстро, оказывается, эти строки забываются, стоит наверху решить иначе. Нет, он был совсем не против, передать командование флотом Алексу, но тот сейчас был явно неадекватен.

Вице-адмирал развернулся к главному терминалу связи и произнёс, стараясь, чтобы его голос звучал, как и подобает старшему офицеру флота:

— Искин, соедини меня с командованием флотами. Немедленно.

— Соединение устанавливается, вице-адмирал, — отозвался искин станции и почти сразу же ожил большой экран в центре зала, залив бледным светом застывшие в напряжённом ожидании лица офицеров дежурной смены.

С экрана на вице-адмирала недовольно смотрел третий заместитель командующего флотами, узкое лицо, выпирающие скулы, глубоко посаженные глаза, тонкие губы, всегда поджатые и обиженные. Именно этого разумного вице-адмирал сейчас меньше всего хотел бы сейчас видеть, но выбора у него не было.

— Вице-адмирал, — процедил заместитель командующего вместо приветствия, и в его голосе прозвучало плохо скрываемое раздражение разумного, которого оторвали от куда более важных, по его мнению, дел, — у меня крайне мало времени. Что у вас случилось такого, что не могло подождать штатного доклада?

— У меня в командном центре разумный в адмиральском мундире, который утверждает, что не помнит, как здесь оказался, — произнёс наконец вице-адмирал, стараясь, чтобы каждое слово звучало веско и по-деловому. — И мне нужно официальное подтверждение полномочий, прежде чем я передам ему командование станцией в разгар боевой тревоги.

Третий заместитель командующего флотами на экране едва заметно приподнял бровь, единственная перемена, которую позволило себе его лицо, и на мгновение перевёл взгляд куда-то в сторону, будто сверялся с данными на невидимом вице-адмиралу дисплее.

— Назовите имя, — коротко сказал он.

— Алекс Мерф, — ответил вице-адмирал.

На экране повисла короткая пауза, третий заместитель командующего флотами, судя по всему, действительно проверял что-то в своей системе, и вице-адмирал невольно затаил дыхание, будто от этого ответа сейчас зависело не меньше, чем от исхода самого сражения.

Вице-адмирал ещё не успел сказать ни слова приветствия, когда взгляд третьего заместителя командующего метнулся за его плечо туда, где стоял Алекс. И в это самое мгновение лицо заместителя командующего преобразилось: поджатые тонкие губы дрогнули, тяжёлые веки чуть приподнялись, а в глубоко посаженных глазах вспыхнуло что-то похожее на охотничий азарт, тот самый хищный блеск, когда охотник уверен, что жертва никуда уже не денется от него.