Онлайн книга «На границе империй. Том 10. Часть 17»
|
К моменту, когда челноки аратанских и аварских делегаций начали выходить из гиперпространства, глава имперской безопасности уже полностью принял станцию под свой контроль. Формально отстранил командование восьмым флотом. Теперь всё командование станцией формально перешло к контр-адмиралу Кертису, который в тот момент ещё только летел к станции на своём флагмане. Это отстранение никто не оспаривал и оспаривать не собирался. Сам Кертис, узнав об отстранении командования флотом и передаче всех полномочий главе имперской безопасности, ограничился коротким сухим сообщением по шифрованной связи: «Делайте, что должны. Только не мешайте боевому расписанию флота больше необходимого», — и с тех пор предпочитал полностью самоустраниться, не вмешиваясь ни в один из вопросов, что прежде счёл бы своей прямой прерогативой. Станция и всё, что касалось периметра переговорного сектора, доступа, связи и внутреннего распорядка станции на время визита, отныне всё проходило через имперскую безопасность. Оставшееся станционное командование быстро успело усвоить, кто сейчас на станции главный, — доходило до того, что дежурные диспетчеры станции теперь сами без напоминаний, копировали каждое сообщение в имперский узел безопасности. Сам глава имперской безопасности занимался не только станцией. В планшете перед ним находился список из тридцати одного имени и фамилии, всех, кто за последние два года в той или другой степени имел доступ к содержанию пророчества имперского псиона. Список, который он составлял уже который день, вычёркивая и снова вписывая имена, пытаясь найти ту точку, где узкий круг переставал быть узким, где протокол секретности превращался из формальности в решето. Он помечал каждое имя условным цветом — синим тех, чей доступ был опосредованным, через третьих лиц, красным тех, кто читал текст пророчества лично, — и вновь, и вновь пересчитывал итог, будто надеялся, что цифра изменится сама собой. Из тридцати одного двенадцать уже были мертвы и недоступны для допроса, включая покойного главу контрразведки, чья смерть, помимо прочего, оказалась крайне своевременной для очень многих. Обстоятельство, которое сам глава имперской безопасности находил слишком странным, чтобы списать его на простое совпадение, — за годы службы он давно взял за правило не доверять совпадениям. К тому же покойный недавно активно контактировал с аварским коллегой. Что там происходило между ними, было тайной, известной лишь покойному начальнику контрразведки и его аварской коллеге. Он отбросил бы в сторону всё это, если бы не одно но: у аварцев данную должность занимала женщина. Весьма коварная и привлекательная женщина, чьё досье он перечитывал уже не в первый раз, пытаясь угадать за сухими строками характеристик настоящий склад её ума. Только это обстоятельство сильно волновало главу имперской безопасности куда сильнее, чем он готов был признать даже перед самим собой. Восемь разумных из списка занимали должности, исключавшие контакт с аварской стороной в принципе, по крайней мере, официально, но он их не исключал из списка без дополнительной проверки, потому что именно за этим словом «исключающие» чаще всего и прятались самые интересные исключения. Оставалось одиннадцать имён, каждое из которых требовало проверки настолько деликатной, что её нельзя было доверить никому, кроме него самого. |