Книга Где воскресают бабочки, страница 60 – Нана Рай

— Что это? – Регина протягивает руку с молчаливой просьбой.

Длинные пальцы с аккуратным маникюром дрожат. Заметив взгляд Элины, она виновато улыбается:

— Последствие стресса… Знаешь, бывает, жизнь бьет под дых, а ты, оказывается, не готов. Было бы смешно, если бы не было так грустно.

— Знаю, – коротко отзывается Элина и сильнее сжимает тетрадь.

Богдан вопросительно вскидывает бровь и сужает глаза. Только после этого она сдается и молча протягивает дневник Регине.

Та мимолетно его просматривает, и улыбка гаснет. Тонкие рыжие брови сходятся на переносице. При тусклом свете на ее лице проступают до сих пор невидимые морщины. Кривые, пересекающие лоб, две упрямицы между бровями. А ведь ей всего лишь двадцать шесть лет. Слишком молода, чтобы быть такой старой.

— Странно, – бормочет она.

— Ты знаешь, кому он принадлежит? – встревает Маргарита.

По ее учащенному дыханию сразу ясно, что она волнуется.

— Да. Я многое знаю об этом месте, но удивительно то, что Руслан искал этот дневник. Где вы его нашли?

— Здесь, – неуверенно отвечает Марго.

Регина захлопывает тетрадь и кивает:

— Пойдемте. Думаю, Захар уже отыскал Владлена. – И она выходит из комнаты, оставляя их на попечение Богдана.

Он спиной пятится в коридор, выставив вперед пистолет, а затем кивком показывает, чтобы они следовали за Региной. Элина стискивает зубы и крепко хватает Марго за руку. Надоело быть вечно под прицелом! Даже сейчас она нутром чувствует, как немигающее дуло пистолета пялится ей в спину.

В давящей тишине они спускаются по лестнице, следуя за легким перестуком каблуков Регины.

— Такие места вдохновляют, – восхищенно произносит она, замирая под изысканной люстрой, которая, словно паук, раскинула свои сети на потолке. – Я так давно ничего не писала… – с налетом грусти признается Регина.

— Тебе кто-то запрещает? – Элина останавливается напротив нее, Марго чуть позади.

Вот он, выход, рукой подать. Двери качаются на ветру, снаружи сумрачно, и только слепящие фары разрезают надвигающуюся тьму.

— Нет, никто. Я больше не слышу истории. Они покинули меня.

Тон Регины, ее задумчивый взгляд – ничего, абсолютно ничего не напоминает смешливую девочку с дурацким псевдонимом Хелен Райт. Элина судорожно выдыхает, но слезы упрямо подступают к глазам. Что же она натворила…

— Регина, ты ведь сама сказала, что мы не враги. Так почему бы нам не обсудить все в спокойной обстановке? Мы с самого утра на ногах. Ничего не ели. У меня болит бедро и грудь, а Марго нуждается в крепком сне. Я…

— Где Владлен? – безразлично перебивает ее Регина, так, словно и не слышала вовсе. – Ты написала, что он в Ангельском. Георгий, которого мы нашли полуживым на дороге, подтвердил. Ах да, еще там был Макс. Так странно его видеть.

— Что вы с ним сделали? – голос Марго срывается на шепот.

— Ой, Маргарита, – Регина кривится, – мы же не живодеры. С ним все в порядке. Почти.

— Что с тобой стало… – шепчет Элина, но их разговор обрывается на полуслове.

В холл врывается второй телохранитель. В вечерней темноте он идентичен Богдану, и трудно разглядеть его лицо, потому что… Яркая вспышка, тишину разрезает крик боли.

— Твою мать! – орет Богдан и хватается за раненое плечо. Пистолет со стуком падает на пол. – Ты что творишь?

— Господи! – Регина зажимает себе ладонью рот, заглушая визг.