Книга Где воскресают бабочки, страница 87 – Нана Рай

С Русланом не страшно. За последние месяцы они очень сблизились, и Регина сама не заметила, как его взгляды стали вызывать у нее волны мурашек. С ним она забывает о прошлом и робко мечтает о будущем.

— Да. – В горле ужасно сухо, поэтому она больше ничего не говорит.

К встрече с родителями Регина готовилась уже неделю. Думала, что скажет. Что почувствует.

Руслан крепко держит ее за руки и ободряюще улыбается:

— Думай о них. И все будет хорошо, обещаю.

Регина кивает. Глубокий вздох. Руслан дышит в такт и наконец произносит заветные слова:

— Дух неупокоенный, дух всезнающий. Прошу, приди и ответь на наши вопросы. Дух неупокоенный, дух всезнающий…

Он продолжает повторять ритуальную фразу, сильнее стискивая руки Регины. Время сливается в одно мгновение, и она в нем теряется. Спустя вечность в воздухе между их сцепленными руками начинают формироваться бестелесные тени. От ужаса, смешанного с восхищением, Регина каменеет и неотрывно смотрит на чудо, творящееся перед ней.

Постепенно бесформенные тени приобретают узнаваемые черты ее родителей, и от холода, который пронзает тело, Регина не дышит. Вот точеный нос матери, а это квадратный подбородок отца. Знакомый изгиб улыбки, густые волосы, которые мама обычно зачесывала назад.

Регина тяжело выдыхает и всхлипывает. Лицо давно мокрое от слез.

— Мама, папа…

Тени колышутся, их рты раскрываются, но она не слышит ни звука, словно смотрит немое кино.

— Почему? Почему я их не слышу? – паника заставляет Регину дернуть Руслана за руки.

— Терпение, – цедит Руслан.

Только сейчас она замечает сквозь духов напряжение на его лице. Оно сводит его челюсть, бисером скатывается по вискам.

— Доченька… – тонкий, едва различимый, но до боли родной голос матери вдруг доносится до Регины, и она вскрикивает.

— Мама! Я так скучаю по вам, – плачет она.

Это оказалось больно. Регина надеялась, что прошло достаточно времени, но эта встреча доказала обратное. Ее рана еще слишком свежа и глубока.

— Мы любим тебя, – звучит голос отца.

Да, это он. Баритон отца, которым он читал ей сказки на ночь, а когда она выросла, вел долгие беседы, обсуждая книги.

От этих слов, пропитанных тоской, становится еще больнее и невыносимее. Но нужно собраться. Она обязана успеть задать главный вопрос.

— Мама, папа, пожалуйста, скажите, кто ваш убийца? Я должна его найти!

Лицо матери искажается, дым рассеивается, затем снова собирается в знакомый образ, и до Регины доносится истошный крик, который, кажется, звучит у нее в голове. Хватка Руслана вдруг ослабевает, и связь рвется.

— Нет! – Регина кричит и пытается дотянуться до родителей, но призраки исчезают. Растворяются в воздухе, превратившись в тоненький дым от огня свечей. – Нет! – верещит Регина и как подкошенная валится на пол.

Она сжимается в комок, пытаясь подавить рыдания, но они только рвутся из нее с новой силой.

— Нет, нет, нет!

Не сразу Регина понимает, что оказывается в объятиях Руслана, и он убаюкивает ее, как маленькую девочку.

— Тихо, тихо, – шепчет он, – прости меня. Я давно не практиковал и не выдержал двух призраков одновременно. Не переживай, мой лучик, время лечит. Все пройдет. Пройдет и это…

— Не лечит, – завывая, отвечает Регина. – Я даже не смогла с ними попрощаться. Не смогла.

— И не надо, – его голос крепчает, наполняется уверенностью. – Мы вернем их, любовь моя. Вот увидишь. Мы вернем всех, кого потеряли. И люди больше не будут страдать. Никогда!