Книга Туманные души, страница 95 – Олеся Павлова

— Ивар… - тихо позвала Ульяна.

Он всё же поднял глаза. В них было то, чего Глеб у него раньше не замечал: глубокое, застарелое недоверие к реальности. Словно он смотрел на мир через тонкое стекло и ждал, что оно вот-вот треснет.

Катя, не вмешиваясь, наблюдала. Потом пододвинула к нему тарелку с пирогом.

— Попробуйте, - сказала она.

Ивар взял вилку, отломил ею край пирога и попробовал. Жевал спокойно, не спеша, и только потом поднял глаза на Катю.

— У вас всегда такой? - спросил он, кивнув на блюдце.

— Ревеневый? Только пока сезон. Дальше - всё, перерыв до июня.

Ивар отломил ещё кусок, прожевал, будто проверяя что-то для себя.

— Я не про сезон. Я про то, что он на сдобном.

Катя улыбнулась.

— Сдобный - не для всех. Он капризный, свежим хорош. Если с утра не продать, к вечеру уже не тот. Поэтому пеку немного и в основном для постоянных.

Ивар кивнул. Может быть, он наконец разрешил себе поверить, что сидит в настоящем кафе, в настоящем городе, и напротив него настоящий человек, который печёт пироги. И что для этого не нужно никаких доказательств.

— Для вас ревеневый пирог похож на иллюзию? – поинтересовалась Катя.

— Он похож на реальность, которой у меня больше нет. – хмуро ответил Ивар.

Катя слегка наклонила голову.

— Мы сами создаём реальность, в которой жить. И, если для вашей реальности нужен такой пирог, то вот он. Испечён. И ничего сложного в нём нет. Хотите, приходите, пока ревень еще растёт, я научу вас печь по этому рецепту.

Ивар не ответил. Он смотрел на пирог, потом на Катю, потом снова на пирог.

— Приду, - сказал он.

Ульяна бросила на Глеба быстрый взгляд. Глеб едва заметно кивнул. Кажется, впервые за долгое время Ивар не проверял реальность через приборы. Он просто пробовал её на вкус.

Катя внимательно смотрела на Ивара.

— Вы ведь не просто так спросили про иллюзию, - тихо сказала она. –Вы были в тумане, да?

Ивар перевёл дыхание, но не отвёл взгляда.

— Да, - сказал он. - И видел то, чего у меня никогда не было.

Катя помолчала, затем накрыла его руку своей - легко, почти невесомо, как будто боялась спугнуть.

— То, что у вас было, - сказала она, - остаётся с вами. Даже после того, как туман уходит. Боль остаётся. Но и любовь - тоже.

Она убрала руку, но осталась сидеть рядом, не отодвигаясь.

— Я приду, - повторил он. - Научусь. Печь.

— Приходите, - улыбнулась Катя. – Только предупредите, чтобы я была на месте.

Ульяна смотрела на них, не вмешиваясь. Глеб повернул телефон так, чтобы не отвлекаться на субтитры. Он хотел запомнить этот момент, как доказательство, что они выбираются. Все они. Медленно, со скрипом, но выбираются.

Катя перевела взгляд на Ульяну, потом на Глеба.

— Я готова ответить на ваши вопросы, - сказала она. - А дневник предлагаю почитать сегодня вечером, здесь после закрытия. Я принесу его к семи часам. Приходите всей командой.

Глеб взял телефон и набрал несколько фраз. Механический голос прозвучал отчётливо:

— Судя по вашим словам, вы знаете, как действует аномалия. Возможно, знаете, как её остановить?

Катя покачала головой.

— Я знаю, как она влияет на людей. Знаю опыт прадеда. Часть его наблюдений, легенд о тумане он записал. Всё, что смог найти. Но как остановить аномалию - нет. Этого не знал и он.

— Тогда вечером будем читать и думать все вместе, - подытожила Ульяна.