Онлайн книга «Из ледяного плена»
|
— И о чем они говорили? — Да я не особо вслушивался. Я пришел, и тут мне позвонила моя девушка. Мы поссорились накануне, и она долго не брала трубку, так что на звонок я, разумеется, ответил и ушел разговаривать на кухню. Дядя Сава и Борик были в гостиной, а когда я закончил разговор, Борик попрощался и ушел. — А вы? — А я остался, и мы с дядей Савой выпили кофе. Он варит совершенно потрясающий кофе. Никто так не умеет. «Варит», а не «варил». Чуткое ухо Зубова опять отметило эту важную разницу. Да, младший Камаев совершенно точно считает своего дядюшку живым. Подсознание выдает это в разговоре. — Перед супом надо бы покурить, – заметил Бронислав Петрович. – Мама, ты не против? — Я против самого факта, что ты куришь, но не возражаю, чтобы все передохнули перед сменой блюд. Оленька, тебе помочь? — Мне Мира и Маша помогут, – откликнулась Ольга Андреевна. Велимира и Мария Николаевна тут же с готовностью встали со своих мест. Курили на крыльце. Вместе с Брониславом Петровичем туда отправились Игорь и его жена Дана, а Олег и Зубов вышли просто так, подышать свежим воздухом. Правда, для этого пришлось немного отойти от крыльца, чтобы не вдыхать клубы дыма. — Ты не думай, между мной и Миркой никогда ничего серьезного не было, – сказал Олег, когда они оба остановились под сосной и задрали голову в небо, очень яркое и синее, особенно по меркам Питера. – В Игоряшу у нее была детская влюбленность. Она еще мне жаловалась, что он считает ее девчонкой и не обращает на нее ни малейшего внимания. А я всегда был другом и наперсником по играм и шалостям. Мама, конечно, мечтала о том, чтобы породниться с Борисовыми. Имелся у нее такой пунктик. Я не возражал. Мирка мне нравилась. Но она не дала мне ни малейшего шанса. Сказала, что мы слишком разные люди. — Да я и не думаю. — Да ладно, я же видел, как ты напрягся. И с Корсаковым она тоже только дружит. Он напрягся? Да еще так, что это стало заметно совершенно постороннему человеку? А ведь правда, напрягся. Нет, все эти игры в жениховство пора прекращать. Ничем хорошим они не закончатся. — Гостей еще принимают? – От калитки послышался низкий звучный голос. Зубов перевел взгляд на его обладательницу – высоченную, крупную девицу с отливающим синевой коротким ежиком на голове и огромными серьгами, оттягивающими мочки ушей. Девица была одета во что-то среднее между лапсердаком и мешком от картошки, причем вся эта хламида состояла из разноцветных заплат. На ногах у нее красовались лакированные ботинки: один бордовый, а другой зеленый, но оба с фиолетовыми квадратными носами. Зубов моргнул и понял, что приехала Ирина Введенская, дочь Самойлова. * * * Связанная с приездом новой гостьи суматоха улеглась, и все приступили к супу. Он, по замыслу хозяев, был грибной – ароматный, сытный, густой настолько, что ложка стояла. Зубова немного удивляло, что никто не произносит тостов и не дарит подарков, все-таки у Веры Афанасьевны сегодня день рождения, что, собственно говоря, и стало поводом собраться. Он тихонько спросил об этом у Велимиры. — Бабушка не любит свой день рождения. После смерти деда ни разу не отмечала, сказала, что праздники для нее кончились, а это просто дата, позволяющая собрать всех за одним столом. В обычные дни трудно выбраться за город, особенно осенью, когда закрыт сезон шашлыков, а широко отмечать бабулин день рождения при жизни деда было традицией. Ее сохранили, а вот громкие поздравления и тосты отменили. |