Книга Круиз на краю бездны, страница 126 – Людмила Мартова

— Такую неказистую? – проговорила за него Лиза. – Не стесняйся, Паша. Мнение этой яркой стервы не может иметь для меня никакого значения. Для меня вообще ничего не имеет значения после того, как я поняла, что Варя умирает и спасти ее может только чудо.

— Мне захотелось ее ударить. Эту поганую суку, – с неожиданной силой в голосе заявил Бурчевский. – Впечатать кулак в зубы, чтобы разрушить этот фаянсовый унитаз в ее рту. Но я не смог. Я не могу ударить женщину. – Голос его снова упал. – И впрямь недотепа. Ботаник. Ничтожество. Неудивительно, что меня жена бросила.

— Не говори так про себя! – воскликнула Лиза.

— А ты про себя.

— Ладно, – прервал поток их нежностей Орлов. – За обедом повторите все следователю. Это может быть важным.

В беседе, состоявшейся после обеда, туристы подтвердили информацию Бурчевского. Никто не наблюдал за Музой так же пристально, как он, но разные люди стали свидетелями ее разговоров с самим Павлом, стюардом Ильей, туристом из двести четвертого номера Михаилом Паншиным и корабельным доктором Сергеем Сергеевичем.

Всю эту информацию Бекетов с задумчивым видом записал в свой блокнот.

— Что будем делать дальше? – спросил у него Орлов, когда все разошлись и зал ресторана опустел.

— Отдыхать, – пожал плечами тот. – И надеяться, что новых убийств не будет. Я запросил кое-какую информацию, так что завтра, надеюсь, мы получим ответы если не на все наши вопросы, то на многие.

День одиннадцатыйКазань

На следующий день теплоход во второй раз за круиз прибыл в Казань. Никакой экскурсионной программы не планировалось, только тридцатиминутная стоянка с часу до половины второго, предназначенная для схода туристов, чье путешествие заканчивалось в этой точке, да еще для дозаправки провизией.

Сидя в ресторане за обедом, Таисия рассеянно наблюдала в окно, как по сходням заносят какие-то коробки. Грузчики бодро сновали туда-сюда, между ними лавировали пассажиры с чемоданами и сумками. К примеру, именно здесь, в Казани, на берег сходила та семейная пара, у которой Муза с Клавдией украли бриллианты. Гарнитур торжественно возвратили хозяевам, Клавдию только что тоже свели на берег в сопровождении полицейских, которым предстояло доставить ее в Москву, для следственных мероприятий, связанных с серией краж, а также для того, чтобы обезопасить девушку от потенциального убийцы.

Никаких посягательств на ее жизнь за прошедшие сутки не последовало, но сидеть взаперти до Москвы, то есть еще пять дней, представлялось так себе идеей. Впрочем, и Бекетов, и троица доморощенных сыщиков не сомневались, что преступника вычислят и изобличат гораздо раньше.

От монотонности дней на воде Таисию уже начинало мутить. Круизная жизнь похожа на бесконечный «День сурка», особенно если сход на берег вовсе не предусмотрен. Замкнутое пространство теплохода, все развлечения на котором ограничены баром, тренажерным залом и СПА, заставляло скучать. Таисия Ермолаева была довольно деятельным человеком. Ее папа называл это менее дипломатично, «шило в попе», потому что дома она сидеть не любила, в любую свободную минуту выбираясь в театры, музеи, рестораны, на встречи с друзьями или хотя бы на прогулки в парке.

От тренажерного зала, в который ее позвал Иван, регулярно бывающий там по утрам, она отказалась. Таисия никогда не любила спорт и все, что с ним связано. Родители-врачи в школе и университете обеспечивали ей освобождение от уроков физкультуры, и сейчас она не хотела выглядеть перед Орловым нетренированной размазней.