Книга В объятиях его ненависти, страница 11 – Нина Северова

и кресло бьётся спинкой об стену.

Пароль знаю только я и бывший начальник. Но Федор Аркадьевич ушел четыре дня назад,

так и не приходил. Если бы он забрал документы, когда меня не было, сказал бы. Я

уверена.

Кто тогда? Асылжан?

Звонит рабочий телефон.

— Да?

— Поля, не открывай ничего и вообще не трогай компьютер. У нас какая-то атака, я

разбираюсь. Ничего ни у кого не работает, — Эдик хрипит в трубку.

— Что за атака? Это что-то серьезное?

— Не знаю. Позвони шефу, он должен знать.

В ежедневнике ищу номер Асылжана. Сто процентов, вместо «алло», он скажет: «Нахрен ты

позвонила?». Но Асылжан не берёт трубку.

Прислушиваюсь к двери его кабинета, не слышно звонка. Стучусь, в ответ тишина. Тяну

за ручку, но дверь закрыта на замок. Асылжана здесь нет.

Звоню ещё раз и опять не берет.

Успокаиваю себя, что Эдик всё починит, он очень умный парень. Но гнетущее ощущение

Армагеддона не отпускает. Платон смотрит на меня, будто ждёт, что я скажу, что

делать. А я не знаю.

— Может ты хотя бы камеры посмотришь?

— Ладно, — Платон вздыхает и ставит чашку на край моего стола. Пусть хоть что-нибудь

сделает, всё-таки рабочие документы пропали и ещё эта атака. Всё не просто так.

На сколько это затянется неизвестно, выпью кофе. Иду в комнату отдыха и смотрю на

ноги. Асылжан сказал, что теперь нет дресс-кода, наверное, можно не ходить в туфлях,

а переобуться в балетки.

— Капец, ничего не работает, — Луиза и Лика крутятся у кофемашины.

— Пусть не работает подольше, отдохнем, — Лика выливает сливки в чашку. — Я вчера

пока все личные дела нашла, потратила кучу времени. А «Зимородок» сам себя не

посмотрит, — улыбается.

— Да не, ты чего? Это же большие просадки. Много документов, которые отправляем

ежедневно, — Луиза открывает новую пачку чая. — Можем потерять деньги, а в договорах

всё прописано. Штрафы ещё, не дай бог.

Луиза права. У нас могут быть серьезные проблемы. Некоторое вещи в компании должны

работать как часы, иначе караул.

Девочки болтают, а я не слушаю. Расстроилась из-за Миланы утром, теперь ещё и это.

Возвращаюсь к себе, стараюсь дышать полной грудью и успокоиться от запаха кофе. Резко

открывается дверь, ведущая на лестницу, забегают пятеро мужчин с пистолетами. Они во

всем черном, трое в балаклаве, а у двоих кепки на голове и черные маски на лице.

Один бежит в сторону комнаты отдыха и натыкается на девочек. Луиза визжит, а Лика

бросает кружку на пол и пачкает брюки мужчины.

— Сука! — он орет.

— Стоять бояться, — ко мне подходит мужчина в маске и я чувствую очень сильный запах

сигарет.

— Больше ничего не сделать?

Он усмехается, а я давлю внутри себя дрожь. Они все с оружием, убьют или пытать

будут? Платона не видно, а как они прошли мимо него?

Асылжан, где ты?!

— Дерзкая, мне нравится. А что ты можешь предложить, красотка?

Не вижу его лица полностью, но прокуренный голос и свирепые глаза — пугают. Я,

конечно, не из робкого десятка, но сейчас меня сковывает страх. А если что-то

случится, Милана вообще одна останется? Мои родители её заберут и воспитают, но я не

хочу оставить ребёнка сиротой.

— Что вам нужно? Руководителя нет на месте.

В руках всё ещё держу кружку и так сильно сжимаю ручку, как бы не отвалилась. Луиза

плачет прижимаясь к стене, мужчина над ней нависает и продолжает кричать. Лика в