Книга В объятиях его ненависти, страница 63 – Нина Северова

женщину. Она мне как-то давно отказала, но я терпеливый, подождал. И вот, уже

Полиночка на всё согласна, да?

Полина сильно выдыхает через нос, ноздри раздуваются и я сжимаю зубы.

— Забирай компанию и сваливай, в чем проблема? — делаю шаг вперёд и стараюсь спиной

закрыть Милану. Не надо малявке видеть эти разборки. И мать в чужих руках — тоже. –

Полина останется со мной.

— Асылжан, у нас с тобой давняя история, помнишь? Время проходит, но ничего не

забывается. И, как ни странно, ничего не меняется, — наклоняет голову к плечу и

улыбается.

— Прошло лет пятнадцать, Стас. Решил вернуть долги? Так поздно уже. Многих перебили,

а кого нет, мы своё отмотали на нарах.

— Верно, — кивает. — Нет больше всесильных казахов. О вас ведь легенды ходили. А

Батыром либо пугали, либо наказывали.

При упоминании нашего друга, Артём напрягает плечи. Жёсткий замес был, когда нас

повязали десять лет назад. Об этом даже побоятся фильм снять.

— Хватит мотать сопли, — ненависть к пришибленному почти разъедает меня. Уже бы давно

пулю пустил в Стаса, но девочек моих надо сначала вытащить. — За что ты хочешь

предъявить? Батыр тебя опрокидывал за дело.

Глаза Ляха переливаются злобой и он вот-вот сорвётся. Давай, я все дерьмо из тебя

вытрясу и сожрать заставлю. И не таких ломал.

— Вы подмяли город, Асылжан, только непонятно с какого перепуга. Кто разрешил? Вы

купили всех и не оставили возможности другим стоять на своей земле, — подаётся

вперёд. — Ты знаешь, когда Батыра грохнули, мы три дня бухали, — усмехается. — Надо

было отпраздновать как свадьбу. Как только от вас избавились, так сразу стал

порядок.

— Какой порядок? — делаю шаг вперёд. — Он был, пока Батыр заправлял. А потом вы сами

у своих же и воровали. При нас такой херни не было.

Артём молчит, в то время он жил в Анапе и там дела вёл, но знает как здесь всё было.

— Ты этот цирк устроил из-за старых обид, Стас? Ты правда пытаешься предъявить одному

человеку за былые дела всей группировки? — Лёня складывает руки на груди.

Лях вздыхает и поворачивается к Полине. Смотрит на нее как голодный хищник на кусок

мяса. Полина — красивая женщина, я знаю. Но эта женщина — моя. Ревность бьёт по

ушам, но ещё не время растерзать Стаса.

— Эта компания должна была быть нашей с Федей, пополам. Мы начинали вдвоем. Но этот

черт решил обойти меня и попросил помощи у Батыра. Тот дал ему защиту на время, пока

Федя налаживает связи. И всё, компания ушла, хотя должна быть и моей.

Когда-то давно… Я тогда только освободился с очередного срока, денег нет, жрать

нечего. Батыр взял меня под крыло, так я и остался с ними. И я только сейчас

вспоминаю, что был шум про начинающего предпринимателя, который собирался

застраивать город. Амбициозный очень, Батыр им почти восхищался. Это было до меня, я

только разговоры застал. Но Ляха, как авторитета, все знали и да, рамсы с Батыром у

него были.

— Ты мотал срок, Стас. С чего Федя должен был с тобой делиться? — Артём щурится и

кладет руки на живот. Я знаю, что у него под курткой ствол. Но пистолет Ляха лежит

на столе и он быстрее до него дотянется.

— Потому и мотал, Лёня, что «убирал» тех, кто мешал нам развиваться. Меня просто

поймали и я взял вину на себя. А Федя за это время прибрал всё к рукам, хотя я имел