Книга В объятиях его ненависти, страница 92 – Нина Северова

Замуж? Почему эти мысли прошли мимо меня?

— Не брешешь?

— Асылжан, — смеюсь. — Если это предложение, то оно очень странное.

— Я серьезно. Ты бы правда согласилась?

— Правда. Согласилась бы. Ты забыл, что я беременна от тебя?

Мужчина встаёт и укладывает меня на спину. Всё, как обычно, не как у нормальных

людей. Почему мы обсуждаем возможное замужество в кабинете, когда я лежу на столе с

расстегнутыми штанами?

— Поля, скажи, что согласна, — задирает свитер выше и целует грудь.

— Согласна на что? — сдерживаю смешок.

— Ну ты поняла.

— Нет, не поняла.

Асылжан нависает сверху и я всё-таки смеюсь. Почему он такой странный и милый

одновременно?

— Ты опять мне нервы треплешь?

— Нет, — обнимаю за шею. — Я хочу, чтобы ты спросил нормально.

Асылжан раздувает ноздри и по бегающему глазу я понимаю, что он смущается.

— Хочу, чтобы ты была моей женой. Хотя я в душе не еб… Мне вообще неизвестно как это,

быть мужем, но я бы хотел. Очень хотел, девочка моя, быть твоим мужем. Ты

согласишься на этот эксперимент?

У меня опять глаза на мокром месте. Это не то предложение, о котором мечтает женщина

даже уже выходившая замуж однажды. Но почему Асылжан такой трогательный? Или это моя

беременная реакция?

— Это не эксперимент, а жизнь. До старости, Асылжан. До внуков и может быть до

правнуков. Понимаешь?

— Не хочу пока думать, что Милана пойдет замуж, — морщится.

— Конечно, пойдет замуж. Она не будет с нами жить вечность.

— Почему? Всяко лучше, чем с мудаком каким-нибудь.

Тяну Асылжана ближе и он обхватывает мое лицо двумя руками.

— Я согласна, Асылжан. Буду трепать тебе нервы и наслаждаться этим.

Он усмехается и прижимается к губам. Водит рукой по животу и у меня такое ощущение,

что всё тело согревается.

— Телефон звонит, — Асылжан отрывается первый и дышит мне в шею.

— Мама, наверное. Скажет сейчас, что всё готово к ужину.

— Может не пойдем? — приподнимается. Губы влажные и красные, провожу по ним пальцем.

— Боишься? — улыбаюсь. — Это всего лишь мои родители. Они довольно милые.

— А чё мне говорить?

— Асылжан, это просто ужин, а не допрос, — сажусь.

Мужчина передёргивает плечами и я глубоко дышу, чтобы не засмеяться.

— Всё будет хорошо. Мама приготовила что-то вкусное, тебе точно понравится, — кладу

голову ему на плечо.

— Ладно, выбора у меня нет. Я лучше буду молчать, а то потом опять скажешь, что я не

то ляпнул.

Кто ж тебе даст молчать, Асылжан. Примут как родного, почувствуешь себя дома и совсем

расслабишься.

Прошло два месяца

— Вкусная штука, — Асылжан откусывает яблочный пирог и наклоняется над столом.

Сахарная пудра рассыпается по поверхности и падает на документы.

— Ты испачкаешь бумаги, — держу в зубах заколку и собираю хвост на макушке. Смотрю на

себя в зеркало и вижу лишние килограммы. Я постепенно набираю вес и вроде как,

ничего страшного, я всё-таки беременная. Но в обычной одежде уже тесно и я

расстраиваюсь.

— Ну и хрен с ними.

Сегодня первое совещание с новыми поставщиками и партнёрами. В конференц-зале уже всё

готово, до встречи полчаса и я стараюсь привести себя в божеский вид. Нервничаю

немного, чувствую себя неуютно. Асылжана же вообще ничего не беспокоит, он слишком

занят пирогом, который испекла моя мама. Если раньше центром внимания была