Книга Молчание Гладиатора, страница 44 – Нина Северова

Всё закончилось также быстро, как и началось. Я вырубил его на второй минуте нокаутом. А дальше… От моего удара что-то случилось с его мозгом, произошел микроинсульт. Организм был истощен от допингов и это тоже усложнило ситуацию. Валеру увезли в больницу, там у него случилась остановка сердца — откачали. Микроинсульт через какое-то время повторился и потом врачи говорили, что это просто инсульт. Валеру перекосило. Он стал практически овощем.

Я винил себя, что не отказался от боя. Я ведь знал, что он сидит на этом дерьме, но желание показать себя — оказалось сильнее.

Мне было жаль его маму, она ночевала с Валерой в палате, много плакала. Смотрел на нее и видел свою мать. Чувство вины меня сжирало. Конечно, я оплатил Валере лечение, лучших врачей — одного даже привез из Новосибирска. Потом я оплачивал реабилитацию и помогал матери. Валера шел на поправку и восстановился через пару лет. Но в спорт дорога закрыта. Никаких выходов на ринг.

Я видел Валеру года четыре назад, он пришел в мой зал и просил бой. Я отказал, потому что это уже был ни боец, ни спортсмен, а просто мужчина, который потерял свою карьеру. В глазах злость и боль, я всё это понимал. Но вернуть здоровье невозможно. Я приложил к этому свой кулак, осознаю. Но… Жизнь теперь такая.

Валера психовал, ругался матом. Обещал, что настанет день и я всё-таки проиграю. Но я проиграл в том бою вместе с ним.

И сейчас я смотрю на фотографии, которые дал мне отец и вижу Валеру. Мужчину, которого я сломал. И который не может смириться с собой. Он больше не боец, но злость делает из людей монстров.

— Он живёт по тому же адресу, — отец напоминает о себе. — Мать умерла год назад.

— Знаю, я оплачивал похороны ей, — тяну бороду. Хорошая была женщина.

— Не езжай один к нему. Возьми Олега, — отец гремит стеклянным графином с водой. — Мало ли, что там случится. У него точно с головой проблемы.

— Сам справлюсь. Это только между мной и Валерой, — кладу фотографии на диван. — Присмотри за Лией, пожалуйста. И дай телефон ей, чтобы она была со мной на связи. И…

— Шахид, твоя невеста в безопасности в моем доме. Хватит уже, — отмахивается.

— Хорошо. Я надеюсь, — хватаю куртку и выхожу на улицу. Ветер ледяной, пробирает до костей. В машине включаю печку, смотрю на пассажирское сиденье, на котором сидела Лия. Хочу вернуться к ней, чтобы обнять и больше не отпускать. Так и будет, но сначала разберусь со старой травмой.

Подъезжаю к старой пятиэтажке. Район нормальный, в прошлом году здесь всё облагородили. Многие дома перекрасили, но конкретно этот — нет. Выглядит убого, конечно.

Паркуюсь за углом, на всякий случай. Я был в квартире Валеры несколько раз и знаю, что окна выходят на обе стороны. Безопасней всего оставить машину именно здесь.

Мелкий противный дождь не прекращается. От машины до поезда идти две минуты, а я промок почти насквозь. В горячую ванну бы и к жене под бок. Жена, моя жена. Надо расписаться уже, вечно этот вопрос отходит на второй план.

Поднимаюсь на пятый этаж, проверяю телефон и звоню в дверь. Время позднее, но нельзя ждать утра. Валера открывает дверь не сразу, лицо заспанное. Узнает меня и дёргается.

— Я пришел поговорить, — облокачиваюсь на дверной косяк.

— Неужели? — сжимает кулаки, но руки дрожат.