Книга Божественной тропой, страница 108 – Настя О

С этими словами, протягивая нам навстречу руки, он обхватил наши запястья, и я почувствовала убаюкивающее тепло на коже, от которого захотелось спать, но предупреждающее покашливание Бокки разом заглушило это ощущение. Сделав вид, что не заметил несерьезности богини в столь важный день, он поднял наши с Риндо руки, чтобы мы стали свидетелями возникновения между нами крепкой соединяющей нити, светящейся золотым.

— Это нить судьбы, которая притянет вас друг к другу, где бы вы ни находились. Отныне ни время, ни расстояние не станут для вас препятствием в поиске друг друга. Отныне у вас одна душа и судьба на двоих, – торжественно закончил свою речь доррон.

Мама всхлипнула от счастья, я постаралась, чтобы голос звучал уверенно, хотя то и дело тянуло сорваться на слезы:

— Мой возлюбленный муж, в присутствии самых дорогих членов семьи я обещаю быть тебе верной, идти следом и никогда не сворачивать с намеченной тобой дороги. Отныне и навсегда ты – свет моей души, сияющий даже во мраке ночи. И лишь идя на твой неугасаемый свет, я смогу найти дорогу к дому. Ты – властелин моей души и хозяин сердца. Все мои мысли лишь о тебе. Я люблю тебя, Риндо, и благодарю богов за тот миг, когда они позволили нашим глазам встретиться.

Он смотрел на меня и светлел взглядом, сияя ослепительной серебристой рекой. Риндо уже начал освещать мой путь, была ли темной дорога, на которую мы ступили, или залитой светом, слепящим глаза. В любой ситуации, отныне и навсегда, я могла полагаться лишь на его зов. Лучше всяких слов чувства лиса выразил его поцелуй – единственный, разрешенный Бокки перед тем, как нас решили проводить из храма. Теплые и сухие губы, прижавшись к моим, словно обняли их, защищая, направляя, выражая благодарность и признательность за искренние слова, льющиеся из самого сердца. Короткое объятие Риндо лишь подтвердило его слова: он стал моим защитником перед людьми и богами, и обязанности свои собирался выполнять исправно.

Бокки повел нас к выходу так, чтобы первым оказался Риндо, а следом уже шла я. Матушка с отцом замыкали шествие, подавляя счастливые всхлипы и желая нам с лисом долгих лет жизни. Когда мы вышли наружу, солнце, будто приветствуя наш союз, осветило стены храма, отразилось в воде колодца. Залило своим светом всю площадь перед святилищем. Тогда–то Риндо и развернулся ко мне, обнимая, что было силы, и не обращая внимания на ворчания умудренного опытом Бокки о том, что кто–то слишком нетерпеливый срывает окончание церемонии. Но мы были слишком счастливы, упиваясь наконец–то осуществившейся мечтой. Нить, связывающая нас, приятно тянула запястья и наполняла сердца безграничной радостью. Как жаль, что счастье продлилось так недолго!

— Риндо, я ведь тебя предупреждала… – со стороны входной тории прозвучал ленивый женский голос, в обладательнице которого я узнала богиню Ёёни. Рука Риндо в моей руке ощутимо напряглась, и все мы посмотрели в сторону аотамы и лестницы, ведущей вниз от Храма Солнца. – Какой прекрасный день для того, чтобы сыграть свадьбу, не правда ли? Какой прекрасный день для того, чтобы счастливо умереть вместе!

— От меня ни на шаг, – велел Риндо, заслоняя меня своим телом от безумной богини, явившейся на чужое торжество и не пожелавшей, как и в нашу первую встречу, облачиться хотя бы в минимум ткани. Она снова стояла, злорадно улыбаясь, прикрытая лишь водопадом длинных темных волос, и накручивала на палец один из локонов.