Книга Последняя ночь, страница 6 – Юлия Амусина

По моей щеке скатилась невольная слезинка, которую я тут же, весьма поспешно, смахнула тыльной стороной ладони. Потянувшись к своей сумке, достала оттуда рабочий блокнот и за неимением более удобного «холста» принялась по памяти вычерчивать лицо дяди Семы простым карандашом. Ничего не получалось, было слишком темно, еще и непрошеные слезы лезли в глаза, здорово искажая обзор; в конце концов я с отвращением бросила блокнот обратно в недра сумки. Заснуть так и не удалось: до самого рассвета пролежала на спине, бесцельно пялясь в темный потолок, слушая мерный стук колес и вспоминая ночь, ту последнюю ночь, после которой я спешно собрала вещи и сбежала навстречу новой жизни.

* * *

Родной город приветствовал меня сильным проливным дождем. Спрыгнув со ступеньки поезда, я перебросила через плечо небольшую дорожную сумку и, не обращая внимания на то, что мокрые волосы противно липнут к лицу, а свободная одежда, намокнув, обтянула тело второй кожей, направилась к выходу с перрона. Меня никто не встречал, что было неудивительно Татьяна не интересовалась временем моего прибытия, а если бы я перезвонила и сообщила сама, вряд ли та поспешила бы приехать, чтобы немедля заключить меня в свои объятия. Не тот характер.

Раньше я жила с бабушкой, в небольшом частном домике почти на самой окраине города, но вскоре после моего переезда бабуля неожиданно ошарашила всех новостью о своем замужестве. Домик продали, когда она переехала к новоявленному мужу; таким образом, остановиться я могла только в гостинице, куда сейчас и направилась. В полученной комнате, сбросив мокрую сумку на пол к своим ногам, села на идеально заправленную постель и сосредоточенно вбила в окошко вызова на мобильном цифры, которые сами собой возникли в голове. Татьяна звонила мне на домашний, обратный номер не высветился, а продиктовать мне его она то ли не захотела, то ли решила, что это чересчур облегчит мою жизнь, не знаю. Оставалось надеяться, что их стационарный телефон остался прежним.

— Говорите.

— Татьяна Олеговна, это Варя, — в моем случае надеяться на мгновенное узнавание не приходилось, оттого я сочла за благо купировать неминуемый вопрос. Вы не сказали, в какой больнице Семен Егорович, и

— Вторая городская, травматологическое отделение, — проговорила четко, словно уже заранее знала, что именно я захочу спросить.

— Спасибо.

— Варвара, — я вновь приблизила трубку к уху. Ты что, уже приехала?

— Да, — едва не ляпнула «так точно».

— Где ты находишься?

— В гостинице.

Отличный ответ. Впрочем, вопрос не лучше.

— Я собрала кое-какие вещи, но не могу отвезти их в больницу, меня срочно вызывают на работу. Если бы — железная дама вдруг запнулась, — если бы ты передала

— Ладно, — легко согласилась я, и только после сообразила, что самолично подписалась посетить дом, в котором меньше всего хотела появляться.

Но Татьяна Олеговна продолжала шокировать:

— Как называется гостиница? Я сама завезу тебе сумку.

— «Восход».

Из трубки полетели прерывистые гудки хоть в этом она осталась себе верна.

ВЛАДЛЕН

— И она сказала, что если Татьяна Олеговна так любит темные тона, пусть занимается организацией похорон, а на нашей свадьбе все должно быть светлым, легким, воздушным.

— А? Чего? я вздрогнул, словно только что очнулся ото сна. На самом деле я дремал с открытыми глазами слушать Алену больше, чем полчаса, вообще чревато для нервной системы.