Книга Месть. Никогда не прощу, страница 52 – Софи Вирго

— Спасибо. Я... Подозревала нечто подобное, - голос не дрожит, звучит ровно, будто это не имеет для меня никакого значения, хотя это абсолютно не так. Это шикарный козырь в рукаве, который станет шикарным венком на его могиле.

Дорохов откидывается в кресле, скрещивает руки на груди. Его пиджак натягивается на плечах, обнажая дорогие часы. Он смотрит на меня оценивающе, как врач на пациента перед сложной операцией. Он хочет мне что-то сказать, но я теряюсь в догадках, что именно.

— После завтрашнего «сюрприза» вам лучше не появляться дома. Человек в таком положении, как ваш муж, может отреагировать... Непредсказуемо. Загнанные в угол звери самые опасные. Меня беспокоит ваша физическая целостность.

Какая забота, даже приятно… было бы, не плати я ему столь щедрый гонорар за работу. Он о кошельке своем беспокоится, и смогу ли я оплатить оставшуюся часть работы, когда дело будет завершено.

Я встаю, беру папку и конверт. Бумага под пальцами кажется неподъемной, но приятной – тяжелой, как оружие перед боем.

— Я со всем справлюсь. Не волнуйтесь за меня, - говорю, и в голосе звучит та самая уверенность, которой не чувствую до конца. Но я не могу показать слабость. Не сейчас.

Он хочет что-то добавить, возможно, предостеречь, возможно, предложить помощь, но я уже поворачиваюсь к двери.

Завтра все изменится.

И на этот раз навсегда.

Глава 26

Марк

Наконец-то это произойдет. Все, купился, согласился. Боялся долго упираться будет, но нет, Тимоха, как и все любит бабки, и терять он их не хочет. Заплачу ему эти копейки и пусть с Довлатовым дела мутит, в долю вступает, раз тот ему так приглянулся, а я заберу все себе.

На столе уже лежит подготовленный договор. Я откидываюсь в кресле, пальцы барабанят по подлокотнику. В груди приятное предвкушение.

Дверь открывается без стука. Тимофей заходит, но не один. Рядом с незнакомый мужчина в строгом костюме, с папкой под мышкой.

Меня это напрягает.

— Ты чего привел постороннего? – голос звучит резче, чем хотелось бы. Я нарочно не встаю, оставляя их стоять перед столом, демонстрируя, кто здесь главный.

В воздухе витает запах дорогого дерева от мебели и едва уловимый аромат свежего кофе, но сейчас я не могу насладиться этим, каждый нерв в теле напряжен.

Тимофей пожимает плечами, но в его глазах не привычная покладистость, а что-то новое. Осторожность? Или... Расчетливость? Его пальцы слегка постукивают по обложке папки, которую он держит, будто отбивая какой-то невидимый ритм.

— С долей все же расстаюсь. Хочу, чтобы все было по закону. Так спокойнее.

— Ты мне не доверяешь? Юриста притащил? – делаю акцент на последнем, будто это он сделал что-то неправильное, а не я.

Внутри все сжимается. Этот юрист, его спокойный, оценивающий взгляд... Что-то здесь не так. Но я не могу показать свою нервозность. Мне точно не нужно, чтобы кто-то читал этот договор.

— Доверяю. Но документы, они на то и документы. А я в законе ноль, сам знаешь, - тяжело вздыхаю, разыгрывая недовольство, хотя внутри нарастает паника.

Какого черта он творит. Мне здесь юристы не нужны, но, если начну выгонять, Тимоха точно что-то заподозрит и не подпишет. Не могу так рисковать. Надо действовать от обратного.

— Ладно, давайте быстрее.

Тимофей кивает юристу, тот садится рядом с ним, поправляя галстук. Его движения точные, выверенные видно, что он не первый раз участвует в подобных сделках. В кабинете становится тихо, только тикают часы на стене, отсчитывая секунды.