Книга После развода. ( Не) Надейся вернуться, страница 41 – София Брайт

— Удачи, мам. Правда, — прерывает мои размышления сын.

— Я ненадолго. Держи телефон включенным, — мнусь у выхода, не переставая ощущать вину за то, что оставляю его одного.

— Может, все же отвезти тебя к отцу?

Сегодня Федор у Глеба. Он, в отличие от старшего брата, с радостью хватается за возможность провести время с папой. — Или к бабушке?

— Я что, малыш? — поднимает на меня хмурый взгляд сын.

— Нет, но я беспокоюсь… — после его похищения мне страшно оставлять сына одного. Но его нервирует моя гиперопека, и так он чувствует себя ущербным.

— Со мной все будет в порядке, потому что я буду дома. Лёха придет, мы поиграем в соньку здесь.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Я выхожу на улицу, и вечерний воздух обволакивает теплом, пахнет цветами и… древесиной. Запах доносится с той стороны участка, где находится тройка. Я не смотрю туда. Я открываю дверь машины, сажусь на водительское место.

Здесь другой запах. Мой личный. Дорогой парфюмированный ароматизатор, легкий шлейф моего парфюма с утра. Здесь нет следов бывшего мужа. Это моя территория.

Поворот ключа, урчание двигателя — привычные, успокаивающие звуки. Я включаю фары, и луч света выхватывает из темноты калитку, край газона, дорогу.

Я выезжаю со двора, и в зеркале заднего вида на секунду отражается наша крыша и тот самый угол нового домика, подсвеченный уличным фонарем.

Я еду по знакомой дороге, руки привычно лежат на руле. Этот маршрут я проезжала сотни раз: на работу, за детьми, в магазин. Но сегодня пункт назначения другой. Не дом, не школа, не супермаркет. Сегодня я еду выпить кофе с посторонним мужчиной. И это осознание настолько непривычно, что от него слегка кружится голова.

“Сегодня я эгоистка”, — шепчет голос в голове, но он теряется в шуме двигателя и тихой музыке из радио. Я прибавляю громкость, стараясь ни о чем не думать.

Я паркуюсь недалеко от кафе. Глушу двигатель и на секунду замираю в тишине. Сердце все еще стучит чуть чаще обычного. Я смотрю на свое отражение в темном стекле бокового окна, и мне нравится мой образ.

И делаю глубокий вдох, прежде чем выйти на тротуар.

Щелкаю брелоком, чтобы поставить машину на сигнализацию. Короткий писк словно точка, поставленная мной в этом споре с самой собой. Да, я могу быть эгоисткой. Хотя бы на один вечер. Потому что нельзя все время жить в ожидании того, что прошлое внезапно изменится. Все останется как и прежде, и я не смогу об этом забыть. Значит… нужно делать небольшие шаги к будущему, которое строить я буду без Глеба.

— Вера! — машет рукой Никита, ждущий меня за столиком с самым красивым видом на террасе.

Встречаюсь взглядом с мужчиной, и мгновенно учащается пульс. Неужели я делаю это? Собираюсь провести время наедине с посторонним мужчиной.

Все же… когда между нами находились дети, мне не казалось, будто я делаю что-то плохое. А сейчас у меня ощущение, будто я изменщица и предаю не столько бывшего мужа, который сам довел нас до этой ситуации, сколько родных детей.

Делаю вдох поглубже и, улыбнувшись, шагаю навстречу.

Никита поднимается с кресла и берет со стола большой и красивый букет кремовых роз, которые я не заметила сразу.

Сердцебиение сбивается, и я растерянно смотрю на охапку цветов, не понимая, зачем он их принес.

— Здравствуй, Вера! — шагает он ко мне и протягивает розы. — Букет для прекрасной дамы. — Я рад, что ты смогла прийти.