Книга Случайная мама. Чудо под Новый год, страница 44 – Рина Беж

— Говорю ж, напросишься — отоварю!

— Засужу!

— Не докажешь!

— Папоська ка-ё-сый, — вмешивается в наш «милый» диалог кнопка, отвлекаясь от кормления себя и зайца.

Александр принес из квартиры брата не только сменную одежду для дочки, но и ее любимую игрушку. Так что Я-я теперь с нами. И даже без напоминаний Ники.

Как по мне, Александр подобным поступком сразу несколько жирненьких плюсиков в карму заработал. Потому что мужики ж они какие?

Да прямые, как рельсы. Если не надо, так хоть кол на голове теши, сами не пошевелятся. А если надо — без просьб из шкуры вывернутся ради любимых. И помнить будут, и делать, и горы сворачивать.

Звягинцев ради своей кровиночки, пожалуй, и луну с неба достанет. Один в один, как мой папка. А это не просто круто. А супер-пупер… ладно! Перехвалю еще и сглажу!

Мысленно плюю трижды через левое плечо и поворачиваюсь к кнопке.

— Как скажешь, солнце, — решаю не спорить с красотулькой и интересуюсь более важным. — Никусь, ты сок или йогурт еще хочешь? Может, с папой горячего поешь?

— Неть! Я-я мутики хо-сет сот-еть.

— Ну, раз Я-я хочет…

Пока Александр наворачивает борщ с салом, отвожу малышку в туалет, а потом в спальню и вновь включаю ей телевизор. Вероника самостоятельно стягивает колготки и забирается под одеяло. Я-ю пристраивает рядом. А потом, не успеваю я глазом моргнуть, перебирается ко мне, присевшей на край постели с ней посидеть, на колени, обнимает за шею и целует в щеку.

— Лю-лю тебя, Сана.

Прижимаю к себе ребенка и быстро-быстро моргаю.

— И я тебя, Никусь, очень сильно.

Чуть позже оставляю свернувшуюся клубочком на подушке кроху смотреть телевизор, а сама возвращаюсь на кухню.

— Теперь понимаю, отчего младший мне все уши про тебя прожужжал, пока я в командировке был, — первое, что произносит Александр, отслеживая мое появление.

С улыбкой смотрю, как сыто он отваливается на спинку стула, и, прежде чем заняться приготовлением свежего чая для него и для себя, интересуюсь:

— И почему же?

— У тебя хорошо, Оксана. Тепло, уютно, как дома, — произносит он серьезно. — Не в плане качественного ремонта или вкусной еды, хотя и это всё здорово, а в плане эмоций. Ты открытая и с тобой хочется быть таким же. Не носить привычные маски, а расслабиться и просто быть собой. Понимаешь, о чем я?

— Наверное, — киваю, слегка смущаясь под пристальным мужским взглядом.

— Кстати, что там у тебя с мужем? Разобрались уже?

Вспыхиваю, вспоминая угрозы Казакова и первое знакомство с «нанятым им» адвокатом, но все же решаю поблагодарить.

— Мы развелись, Саша. И да, спасибо тебе, что передумал представлять сторону Михаила. Я боялась, что из-за этого процесс затянется до следующего года, и нервы вы мне окончательно вымотаете.

Ведь реально боялась. Без преувеличений. До последнего дня.

— Я и не собирался, Оксан, — произносит Звягинцев твердо. Так, что никаких сомнений не остается, что иного в его планах действительно не было.

А после рассказывает про троюродную сестру Милу, которую я приняла совсем не за сестру, и почему они оказались в довольно пикантной ситуации, когда я нагрянула в его офис.

— Милу? — приподнимаю бровь, когда повествование затихает. — А как же Рина? Та, что цитаты Коко Шанель и Фаины Раневской в постах выкладывает.

— О, а ее ты откуда знаешь? — удивляется мужчина, нисколько не выглядя при этом пойманным на обмане. Наоборот, глаза блестят интересом, открытым, искренним.