Книга Твой личный враг, страница 63 – Настя Орлова

— Мам, я Саше изменила.

Вот так. Никакой подготовки, коротко и ясно. Понимаю, что мама будет потрясена, но как смягчить то, что случилось, я тоже не знаю. Оправданий не жду – безуспешно искала их сутки напролет, но так и не нашла.

— Изменила, и все? В смысле? – ошеломленно переспрашивает она после короткой заминки.

— В том самом. В Сочи я целовалась с другим человеком. И провела с ним ночь.

То, что мы не занимались сексом, в этом контексте для меня не важно. Если бы Даниил проявил хоть немного настойчивости, я бы не устояла. Я не была пьяна. Я сознательно пошла с ним. Поэтому для меня вся та ночь – безусловная измена.

— Почему? – внезапная бледность мамы сменяется румянцем. Это значит, что она приходит в себя от потрясения и ее мозг начинает работать.

— Что «почему»?

— Почему ты целовалась с другим? Почему провела с ним ночь? – Мама пытливо всматривается в мое лицо, пытаясь отыскать там ответы. – Я хорошо знаю тебя, дочка, ты не такая.

— А может, я именно такая? – с печальной иронией спрашиваю я.

Мама наклоняется вперед и накрывает мою коленку своей рукой.

— Расскажи мне о нем, – мягко просит она.

Я застываю, потому что не знаю, что сказать. Хочу, но не могу позволить себе быть честной.

— Просто парень. Знакомый Кости, – коротко отвечаю я, чувствуя, как под пристальным взглядом мамы щеки заливает густой румянец.

— Наверное, все же не просто парень. Он нравится тебе? – проницательно спрашивает она, успокаивающе поглаживая колено.

Нравится? Мне хочется истерически рассмеяться. Нравится. Какое пресное слово, чтобы описать то, что я испытываю к Благову. Кипящая смесь злости, отчаяния, желания, какой-то нездоровой одержимости – в этом нет ничего от «нравится», и все же это больше, чем я испытывала к любому другому человеку в жизни. Даже к Саше.

С момента возвращения из Сочи прошло почти трое суток. Он мне так и не позвонил. В первый день я не находила себе места, мастерски выдумывая причины, которые могли не позволить ему дать о себе знать. В моих фантазиях он потерял телефон, проспал весь день, попал в снегопад, сломал руку, ногу, в Сочи внезапно пропала связь. Чего только не придумывают наивные дурочки, чтобы оправдать равнодушие парня. Но поздно вечером Лена обновила ленту в соцсети, и в галерее к новому посту я увидела его – здорового, с привычной насмешливой улыбкой, в той самой куртке, которую я оставила для него на ресепшене. Что бы ни происходило с ним с момента, когда я ушла из его заснеженного коттеджа, он не тосковал, и телефон был на месте.

Я помню это пугающее ощущение разверзшейся в моей груди дыры. Даже на расстоянии в тысячи километров он произвел на меня ошеломляющее впечатление, и с минуту я как мазохист таращилась на экран, не в силах отвести взгляд от его лица. Хищного, циничного, одуряюще привлекательного. Бьющая наотмашь сексуальность пробирала меня даже через экран телефона, и что-то странное творилось в этот момент с моим телом, потому что я испытывала одновременно жгучее тепло и леденящий холод.

— Я его ненавижу! – выплевываю я, чувствуя, как кровь бросается мне в лицо, а в груди становится тесно.

— Ох, – из маминого рта вылетает всего одно слово, даже не слово, а звук. Не знаю почему, но сейчас я действительно ее потрясла. – И что же случилось дальше?