Книга Твой личный враг, страница 66 – Настя Орлова

— Мама ночью родила, – говорю я, стараясь заполнить возникшую паузу. – Представляешь, у меня теперь младший брат есть.

— Это здорово, – Саша искренне улыбается. – Не против, если я пошлю ей цветы?

— Почему я должна быть против? – я хмурюсь. – Маме будет приятно. Она в клинике в Лапине.

Он вновь пожимает плечами:

— Я, Мира, просто не понимаю, что за херня между нами происходит. Поэтому и спрашиваю.

Вновь повисает неловкое молчание. Тягучее, вязкое, плотное, как болото, в котором мы тонем.

— Помнишь, до поездки мы обсуждали идею съехаться?

У меня в венах стынет кровь, но я киваю. Мы действительно обсуждали это. Две недели назад от мысли, что мы с Сашей будем жить вместе, у меня за спиной вырастали крылья. А сейчас мне хочется спрятаться от его пронизывающего насквозь взгляда.

— Может, попробуем? – предлагает он, по-своему трактуя мое замешательство. – Эти дни я много думал обо всем и понял, что не хочу по глупости потерять тебя. Если ты готова оставить все в прошлом, то и я пообещаю, что забуду все, что произошло в Сочи.

— Саш, ну как же ты забудешь? – я качаю головой. – Нельзя взять и стереть из памяти последние две недели. Мне кажется, нам не стоит спешить.

— Ты все-таки с ним общаешься? – яростно выдыхает Саша, пока его глаза, превратившиеся в две узкие щелочки, настороженно изучают мою реакцию.

— Нет, Саш, не общаюсь.

— Тогда почему? Поясни, – говорит он уже спокойнее.

Я все еще не знаю, как сформулировать то, что я чувствую. Как оформить в связную речь тот рой разрозненных мыслей, который вертится в моей голове. Как сказать так, чтобы Саша меня понял.

Поднимаю на него глаза и несколько секунд просто смотрю. На маленькую родинку над правой бровью. На косой шрам на скуле, который остался от игрового столкновения. На плотно сжатые губы.

Саша ерошит волосы и посылает мне ответный взгляд, в котором смешались злость, сомнение и боль.

— Ты все еще моя девушка? – вдруг спрашивает он. Голос его низкий и требовательный. И я не могу лгать ему.

Закусив губу, я опускаю голову и часто-часто моргаю, чтобы не дать пролиться слезам, которые уже скопились в уголках глаз.

— Понятно, – цедит он, бросая вилку на тарелку с такой силой, что она отлетает на пол, а я испуганно вздрагиваю. – Ты точно все рассказала мне о той ночи, которую провела с ним?

Уточнять, что он имеет в виду, бессмысленно.

— Я не врала тебе. Были только поцелуи. Но для меня этого достаточно, чтобы поставить под сомнение все, что я о себе знаю. Понимаешь?

Он демонстративно закатывает глаза, будто я говорю что-то в высшей мере глупое.

— Что же ты хочешь, Мира?

— Наверное, время. Чтобы остыть и разобраться в себе.

— У тебя было четыре дня, – напоминает он.

— Этого мне оказалось мало.

— А что в это время делать мне? – спрашивает он.

— Все, что хочешь, – шепчу я. – Я не дура и не думаю, что ты будешь сидеть и ждать, когда я наконец решусь на что-то. Ты можешь устраивать свою жизнь так, как считаешь нужным.

— Предлагаешь мне на время завести кого-нибудь? – в замешательстве глядя на меня, спрашивает Саша. – Думаешь, что я вот так просто уйду с дороги и оставлю тебя этому мудаку, у которого послужной список больше количества сотовых абонентов города?

— Я же говорила, что он здесь ни при чем, – выдыхаю я, внезапно чувствуя себя ужасно усталой, вымотанной этим разговором. – Не вмешивай его сюда, пожалуйста.