Книга Лето наших надежд, страница 78 – Настя Орлова

Парадокс: она ведь для меня не первая — я влюблялся раньше, я, черт возьми, два года жил с девушкой, к которой питал какие-то чувства. Но ничего похожего на бесконтрольную бурю эмоций, которую я переживаю сейчас, я никогда не испытывал. Лера Александрова воздействует на мои гормоны абсолютно непредсказуемым образом, ставя меня в тупик, заставляя совершать поступки, которые мне совершенно несвойственны, и думать о том, о чем я думать не привык.

Пока я веду этот бессмысленный диалог сам с собой, девушка наклоняется и зачерпывает руками огромный ком пены, чтобы запустить его вверх. При этом ее грудь соблазнительно вырисовывается под эластичной тканью топика, заставляя низ моего живота скрутиться в спазме, а разум затуманиться похотью. Ловлю себя на том, что слежу за каждым ее движением, наплевав на приличия, не заботясь, что мой интерес станет чересчур явным, что кто-то заметит. Я не представляю, что со всем этим делать. Леры в моей голове слишком много и одновременно слишком мало, она повсюду, но мне все равно не хватает. Это не просто влечение, это — пустившие корни одержимость.

Словно почувствовав на себе мой жадный взгляд, девушка резко поворачивает ко мне светловолосую голову. Всего мгновение на ее лице отражается растерянность: она заливается румянцем, облизывает губы, но глаза при этом не отводит и даже слегка приподнимает брови, будто испытывая меня на прочность.

Черт бы ее побрал. Я всегда считал себя разумны человеком, наивно полагал, что присутствие детей, окружение, обязательства сдержат меня от необдуманных поступков. Что ж, я ошибался.

Не анализируя, ничего не планируя, не говоря ни слова, я удерживаю ее взгляд и киваю головой в сторону крытых кладовок на дальней стороне площади, в которых хранятся декорации.

Да, это опасно. Да, это глупо. Но здесь и сейчас я просто умру, если не сожму ее в объятиях. Поэтому я готов рискнуть. Вопрос, готова ли она?

Бросив парням что-то невразумительное про то, что мне надо отлучиться, с бешено бьющимся сердцем я иду к бревенчатым кладовым. Я понятия не имею, пойдёт ли за мной Лера, надеюсь, что пойдёт, потому что иначе я или сойду с ума, или брошусь за ней в пену и вытащу оттуда у всех на виду.

В тишине старой кладовки я провожу минуту, которая кажется мне вечностью, прежде чем скрипучая дверь открывается, впуская внутрь солнечный свет.

— Кирилл? — раздаётся неуверенный голос Леры, который током проносится по моим оголенным нервам.

— Иди сюда.

Несмотря на приказной тон и откровенные слова, я не жду, пока девушка подойдёт. Я сам иду навстречу, нетерпеливо хватая ее в объятия и прижимая к себе.

— Что ты хотел?

— Тебя… сейчас! — выдыхаю исступленно.

Я запускаю пальцы в ее волосы, обхватываю затылок, упиваясь изумленным выражением на ее лице.

— Кирилл, нас могут увидеть, — шепчет она, пока я целую ее шею.

— Сюда не придут, — убеждаю я грубовато. — А я не могу…

Отбросив сдержанность, я обрушиваю на Леру всю силу своей страсти. Мы словно поменялись местами. Вчера вечером торопилась она, сейчас секунда промедления грозит помешательством мне.

Припав к ее губам, я одним движением проникаю языком во влажную полость ее рта, целую жадно, исступленно, с неудержимой горячностью. От ощущения ее мягких и теплых губ, от сбившегося дыхания, от маленьких ручек, которые шарят по моей спине, у меня плавится мозг. Ноги становится ватными, и я приваливаюсь руками к стене кладовой, подминая под себя Леру. Спина девушки оказывается прижатой к стене, и я подхватываю ее под ягодицы, немного приподнимая, не скрывая своего возбуждения. Я понимаю, что тороплюсь, но возбуждение становится чересчур болезненным, чтобы медлить.