Книга Лето наших надежд, страница 80 – Настя Орлова

Еще одно клише: благодаря Лере я постоянно нахожусь в каком-то неизвестном мне ране состоянии перманентного возбуждения. Но относится это не только к физическому влечению, которое, кажется, разгорается все сильнее по мере развития наших отношений: девушка пробуждает во мне целую гамму чувств, которые варьируются от теплоты и нежности до болезненной одержимости. Она заставляет мой мозг работать иначе, показывает мир другими глазами и учит видеть красоту там, где я видел обыкновенность.

Никогда я не надеялся встретить кого-то столь чудесного, как Лера. В ней невероятным образом сочетаются страстность и невинность, женственность и детская непосредственность, ум и дерзость, доброта и строгость, если того требуют обстоятельства. Иногда мне хочется ущипнуть себя — она так хороша и мне с ней так хорошо, что это кажется нереальным.

Наша с ней история развивается стремительно, словно отношения поставили на перемотку. Во многом это происходит из-за того, что мы оба понимаем — отведенное нам время в лагере неумолимо тает, а будущее неопределенное и туманное. Но, как бы то ни было, к концу первой недели нашей любви в лагере не остается никого, кто бы ни знал, что мы встречаемся. Даже Панин, которого я всячески стараюсь избегать, оказывается в курсе моих романтических отношений с его племянницей. К счастью, в них он больше не лезет.

Каждую ночь я засыпаю с мыслью, что завтра увижу Леру. Каждое утро просыпаюсь в нетерпении и жду встречу. По утрам мы вместе бегаем, днем пересекаемся на тренировках, по вечерам стараемся объединить свободное время отрядов, а ночи хотя бы раз в неделю проводим вдвоем, прячась в уединении моей машины или уезжая в город.

Дни летят, сохраняя в шкатулку воспоминаний простые, и в то ж время ценные сюжеты: как мы голышом купаемся в озере на рассвете, как любим друг друга в тени густых деревьев в чаще леса, как не можем расстаться по вечерам, подолгу говоря «до встречи» и целуясь до тех пор, пока нам хватает дыхания. Впервые за долгое время я ощущаю себя по-настоящему счастливым. И только одна вещь омрачает летнюю идиллию — не прекращающиеся ни на день звонки Романа, того самого парня, который вместе с Лерой попал в аварию.

Я с самого начала не делал секрета из того, как отношусь ко всей этой ситуации. Говорил Лере прямо, что он использует ее и манипулирует своим состоянием, чтобы ее контролировать, но она пропускала мои опасения мимо ушей. В конце концов, когда звонки внезапно прекратились, я начинаю подозревать, что она скрывает от меня сам факт того, что они общаются. При мне она больше никогда не снимает трубку. Думаю, она специально выключает звук на телефоне, чтобы я даже не понимал, когда этот Рома звонит. Несколько раз за две недели она уезжает к нему, чем приводит меня в состояние бессильной ярости. Я предлагаю отвозить ее сам и ждать ее в машине, но Лера категорически отказывается, настаивая, что навещать его — это ее и только ее обязанность, которой она не готова со мной делиться. Это злит, нервирует, расшатывает и без того хрупкую картину наших отношений, но, в конце концов, я вынужден принять это. Потому что, что еще мне остается?

Однажды утром, когда мы с ней отдыхаем после пробежки, привалившись спинами к поваленному бревну у озера, я завожу разговор, ход которого продумывал уже некоторое время.