Онлайн книга «Мы не твои»
|
— Присылал? — Регулярно. А бабка врала, что никаких денег нет. — Ты… ты сейчас общаешься с ним? Общаться, с ним? Зачем? Он… он ненавидит меня. И правильно делает. Он так и сказал. Нет, не правда. Он не говорил… — Надя, если тебе будет нужна моя помощь — звони, я всегда помогу. В память о… о твоих родителях. Я видела, что у него поседели виски. И слышала… слышала его разговор с Товием. — Нелепо, понимаешь… нелепо ждать двадцать лет, а потом… несчастные полгода счастья! Полгода, Товий… — Ленька, Ленька… Глупый. У тебя были эти полгода, понимаешь? Были! А у кого-то их нет и не было. И не будет. А ты… ты еще молодой, ты… — Заткнись, Коршун, прошу тебя. Просто заткнись… Я… я дышать без нее не могу, понимаешь? Дышать… И я не могла без нее дышать. Я так думала. Но вот… дышу. Несколько лет дышу. Живу. Хожу. Пытаюсь как-то искупить… — Воробушек… — Что? — теперь я не узнаю свой голос. Словно я кричала, срывая связки. — Иди ко мне. Всего три слова. Такие простые — иди ко мне. А я не могу. Не могу… — Извини. Мне пора. Спокойной ночи. Я молю Бога, чтобы Илик меня отпустил. Я молю Бога, чтобы Илик меня удержал… Он…дает мне встать. — Прощай, Воробушек… Глава 13 Я сказал ей «прощай» не думая, что на самом деле могу попрощаться со своим Воробушком. Но получилось так, что мы на самом деле словно попрощались. Попрощались с отношениями, с чувствами. Словно ее рассказ о себе, такой открытый, честный, выстроил между нами стену. Я-то, дурак, думал, что ее оттолкнет моя история. Я ошибался. Понимал, что она изменилась не потому, что услышала обо мне, а потому, что рассказала о себе. Как будто она сама, вспомнив свою историю, вспомнила и о том, что запретила себе быть счастливой. Какое самомнение, Ильяс Александрович! Думаешь, она может быть счастливой рядом с тобой? Ты же не человек! Ты… полчеловека. Еще и слепой. Хорошее «счастье»! И права, Надежда, что старается всячески оградить себя от меня. Утром, после того вечера откровений Надя не пришла. Я просил горничную передать Воробушку, что я жду, но… — Надя заболела, Ильяс. — Заболела? Чем? — Голова болит, температура поднялась. — Врача вызвали? — Сейчас приедет Самад Амирович, посмотрит её. — Может, лучше вызвать «скорую»? Как она? Я хочу ее увидеть… то есть… мне надо к ней. — Не надо, Ильяс, она просила, чтобы я запретила вам приезжать, мало ли. Если это серьезная инфекция? В вашем состоянии… — К чертям собачьим мое состояние! Я поеду к ней! — Ильяс, не стоит, — это зашел доктор Самад. — Я только что осмотрел Надежду, вирусная инфекция, очень сильная. Лечение я назначил. — Я могу хотя бы к двери ее подъехать, спросить нужно ли ей что-нибудь? Может… она чего-то хочет? — Ильяс, мы все сделаем, мы ее не оставим, — Гуля, конечно, девушка хорошая, и я не должен срываться на неё, но очень хочется! Разве Воробушек им скажет, что ей что-то нужно? Она и мне не скажет! Я тогда распорядился купить ягод, фруктов, сделать ей морс облепиховый по маминому рецепту. Еще десерты заказал — знаю, все девчонки их любят, эти французские пирожные, которые то ли макароны, то ли макаруны. Эклеры еще. Такая малышка как Воробушек должна любить сладкое. Гуля передала «большое спасибо» от Нади. Большое спасибо и все? Впрочем, а что она еще должна передать? |