Онлайн книга «Я не твоя»
|
— Моим бойцам удалось ворваться в комнату, обезвредить Шабката. Но Алиевы, как оказалось, были вооружены. Даже их девка. То есть… твоя жена, Тамерлан. — Она мне не жена. Я расторг брак. — Каким образом? По нашим обычаям? Ты будешь сильно удивлен, но тут так не положено. Она стала твоей женой официально, так что… Разводиться придется по светским законам. Брачный контракт, как я понимаю, ты не подписывал? Я качаю головой. Конечно нет. Вернее… я подписал бумаги, которые делали мою жену очень богатой женщиной если я захочу с ней развестись. А если она, к тому же, родит ребенка… — Она принесла справку. Сучка беременна. Прости, что говорю так о ней, но эта тварь подстрелила Омара, он умер, и мне попала в руку. Хорошо, что не сильно. Видать, плохо учил ее батя стрелять… Я мог бы, наверное, быть в ужасе. Но… скорее ужас был во мне. И не испытываю ничего. Безразличие. И только. — Что еще? — Мы могли бы взять Алиевых в тот же день, но они оказались умнее. Твой дом был окружен. Мы прорывались с боем. Твои родители и брат оставались в заложниках. Твой отец должен был перевести Алиеву деньги. Много денег. Алиев зажрался. Он хотел все. — И что отец? Отписал? — Отец твой хитрый старый горец. — Да уж… Усмехаюсь горько. Хитрый старый горец не прокрутил бы свою семью на мясорубке, вот так… Я уже знал о том, что стало с Иликом. И с отцом. И видел мать. Постаревшую словно разом на сто лет… — Он попросил время. Сказал, что все сделает. Тем временем я собрал твоих друзей. Неужели у меня остались друзья? — Да, Тамерлан. Много друзей. Ты сам знаешь. Все, кому ты когда-то помог. Все, с кем ты работал. Друзья были. И есть. — Тогда почему, - я почти не могу говорить, словно внутренние вопли, которые разрывали грудь, сорвали мое горло. – Почему все случилось так? — Не хватило какого-то дня. Алиевы заподозрили… думаю… Нет, знаю. Ильяс не сдержался. Он… Прости, Там, но твой брат сам виноват. Он прибежал к Алиевым, узнал о смерти какой-то девушки и сказал им… — Что? – подрываюсь вскочить, поднимая корпус, забывая о том, что вокруг меня провода, что капельница торчит в руке, что перебинтована грудь… - Что? — Девушка… Зоя…Прости Тамерлан. Но… она умерла… Бросаюсь обратно на подушку. Все. Все это зря. Вся эта война. Все зря. Теперь мне все равно. Мне сохранили жизнь, и я понимаю зачем. Чтобы я каждый день отмаливал грехи свои. Каждый день теперь, до самого конца. А проживу я долго. Это отец умер рано, потому что его судьба была такой. Он сам виноват. А я буду жить долго, как деды мои и прадеды. Они живы еще. Все живы. — Рустам, я… Я хочу знать, что случилось. — Хорошо, Тамерлан. Впрочем… какая разница? Если ее нет? Нет! Есть разница! Если Алиевы приложили к этому руку! Уничтожу! Всех! До последнего… Понимаю, что бессмысленно, но... — Алиевы получили свое. Шабкат мертв. Его порезали в камере. Старший Алиев тоже. Авария. Женщин мы не трогали. — Значит, моя жена… она… — Жива. Но… она под контролем. — Где? — Сидит под домашним арестом. Без связи. Хотя… эту гадюку я бы прикончил. Не потому, что она Омара и меня… Она задушила девушку, которая ей еду приносила. Пыталась сбежать. Девушка из ее же семьи. Кажется… Мира. Та самая больная дочь? Оказалась… здоровой? Я ничего не понимаю в этой жизни. Дожил до своих лет и… Как младенец. |