Книга Разреши любить. Позволь мне быть рядом, страница 206 – Анна Джейн

Мэри рыдала, нервно вытирая лицо. Серж, скрестив руки на груди, молча смотрел на нее. Он пытался понять, искренне она раскаивается или просто играет новую роль в своем спектакле. Ответы, которые искал, он получил. Но спасет ли это бизнес Игната?

Мэри больше не отпиралась и даже вдруг «обнаружила» свой якобы потерянный телефон в одной из сумочек, спрятанных в шкафу. Служба безопасности приступила к изучению его содержимого. Все подтвердилось: именно Мэри передала документы Алексе, дочери Игоря Гордеева.

Ее отпустили в свою комнату, приставив к ней охрану. Хотя и так было понятно, что она никуда не сбежит. Бежать ей было некуда.

Оставшись наедине с собой, Мэри металась из угла в угол, не зная, что делать дальше. До нее окончательно дошло, что произошло.

Резкий звонок телефона застал ее врасплох. На экране высветилось имя, которое заставило вздрогнуть. Рука не слушалась, когда она все же подняла трубку.

— Машка, что, не ждала меня? — прозвучал низкий знакомый голос, в котором она сразу почувствовала угрожающие нотки. — Выкладывай, я все про тебя знаю.

Мэри судорожно сглотнула. Тело напряглось, дыхание участилось.

— Ты сам виноват, — начала она срывающимся голосом. — Ты привел в дом непонятно кого. Я… я ревновала. Ты все делал для нее! Думаешь, я не замечала, как ты на нее смотришь, как заботишься? Думаешь, не знаю, что собирался оставить ей все? Конечно, любимица, папина дочка, наследница! Она пришла на все готовое и получила лучшее, а я?..

— А чего тебе не хватало, Машка? Ты получала все, что хотела. Я не требовал многого, взамен просил лишь одного — быть внимательнее к моей дочери. — В его тоне сквозила горечь. — Скажи честно, ты причастна к покушению на Владу?

Мэри остолбенела, открыв рот, но слова застряли в горле. Она не ожидала этого вопроса, поэтому у нее не было готового ответа. Или он был, но сознаться она не могла. В трубке повисла тягучая тишина, прерываемая лишь громкими всхлипами, но Вальзер не позволил Мэри утонуть в жалости к себе.

— Говори, я слушаю, — потребовал он ледяным тоном, разрезающим тишину.

Мэри попыталась собраться с мыслями, но слова давались тяжело.

— А что мне оставалось делать? — с горечью выдохнула она. — Быть только верной женушкой? Всю жизнь просидела в золотой клетке. Илья, как мне жить, если тебя не станет? Я… я поддалась порыву. Передала сведения о том, где находилась Влада. — Ее голос срывался, но она продолжила: — Я не хотела, чтобы с ней что-то случилось, правда. Просто хотела, чтобы все было по-прежнему. Как до ее появления. Я не хотела делить тебя. Даже с дочерью, — последнее слово прозвучало тихо, как признание в смертном грехе.

— Кому ты передала эти сведения? — Стальной голос Вальзера не дрогнул, и Мэри снова всхлипнула.

— Илья, мне поступали звонки с разными предложениями. Но я никогда ничего никому не говорила! Поверь. А тут… Словно бес попутал. Я обиделась на тебя и проговорилась. Прости меня. Я… я раскаиваюсь, — Она разрыдалась громче, в голосе зазвучала отчаянная мольба. Она надеялась, что ее признание и слезы расплавят железное сердце мужа. И если он ее не простит и не позовет назад, то хотя бы оставит в живых.

— Машка, Машка… Что ты сотворила, — тихо сказал Вальзер. В его голосе не было гнева, лишь горечь и бесконечная усталость. — Я надеялся на тебя. Думал, ты будешь мне опорой. Мечтал прожить с тобой до конца своих дней. Я искал в тебе то, чего мне не хватало по жизни. Хотел семью, большую, дружную. Думал, отойду от дел, заживем. Конечно, я был эгоистом, это правда. Понимал, что стар для тебя. Да и порой не показывал своих чувств, не всегда был ласков с тобой, но думал, что все наверстаем, что закончу дела, уедем подальше, буду тебя баловать, дуреху. У меня денег на всех хватило бы. А ты… Ты предала меня. Как ты могла?