Книга Разреши любить. Позволь мне быть рядом, страница 94 – Анна Джейн

Отъезд на море был неожиданным, будто Вальзер принял спонтанное решение буквально за считанные часы. Он не объяснял, куда и на сколько мы уезжаем. Однако странным это казалось только мне. Мэри, напротив, была в восторге, что покидает «золотую клетку», как она любила называть наш дом, и собрала вещи быстрее всех. Она только вздыхала, что у нее недостаточно подходящих нарядов для отдыха, но все равно набила два чемодана под завязку, упаковывая комплекты для любого случая, и даже просила кое-что положить в мой чемодан. Он был полупустым: несколько платьев, пару футболок и джинсы — для меня было более чем достаточно.

Вальзер не поехал с нами в аэропорт. Вместо него нас сопровождал мрачный глава службы безопасности. Сложив руки за спиной, он выглядел так, словно нес на плечах тяжеленный груз. Мне казалось, он не столько провожал, сколько прогонял нас. Или пытался спасти?

Что-то тревожное и неясное витало в воздухе. Только Вальзер знал, что будет дальше, куда мы летим и что ждет его самого. Дом, наполненный людскими голосами, внезапно опустеет. Люди вокруг него — охрана, партнеры, подельники — останутся, но они лишь тени в этом огромном особняке. Никто по-настоящему близкий не будет ждать его возвращения.

От этих мыслей меня не отпускало гнетущее ощущение. Я оглянулась на холодные стены, ставшие за эти годы хоть и не родными, но привычными. Больше всего было жаль библиотеку. Без меня книги останутся совсем одни.

— Влада, живее! — торопила Мэри.

Она почти бежала к машине, сияя от предвкушения. Уже на пороге дежурно спросила Вальзера, когда он к нам присоединится.

— Скоро, позже сообщу, — сухо ответил он.

Этот ответ, кажется, ее вполне устроил. Поцеловав мужа на прощание, Мэри впорхнула в машину с беззаботной улыбкой. Я же не спешила. Не хотела уезжать, не могла оставить маму, не могла быть далеко от Игната. За Вальзера тоже было тревожно. Все эти годы он был ко мне по-своему добр.

— Если хочешь, могу остаться, — предложила я, когда мы подошли к машине.

Он взглянул на меня и покачал головой. Оставаться мне не позволялось. Чувствовалось, что он хочет оградить Мэри и меня от надвигающейся опасности. Тогда, не раздумывая больше, я шагнула к нему и неумело обняла:

— Спасибо за все.

— Уезжай и ни о чем не тревожься. В аэропорту вас встретят и сопроводят куда надо. Звонить тебе буду, — ответил он, мягко погладив меня по голове, как маленькую. В его взгляде появилась незнакомая душевность, которой он раньше не показывал. — И это… прости, если что.

Я не поняла, за что он просил прощения, но Мэри потянула меня за руку, усаживая в машину. Вальзер, закрыв за мной дверь, хлопнул ладонью по крыше, подавая знак водителю, что можно ехать.

Уже в аэропорту глава службы безопасности выдал нам новые пластиковые карты иностранного банка.

— Те, что использовали здесь, оставьте, — строго велел он. — Сим-карты тоже заменят.

— Зачем это? — возмутилась Мэри.

— Меры предосторожности, — не стал вдаваться в подробности он. — По старым номерам не звонить, только по экстренной необходимости. Илья Васильевич сам свяжется, когда потребуется.

Он лично проводил нас через досмотр к самолету. Вальзер заказал для перелета частный борт. В самолете, кроме экипажа и нас, не было никого. Даже охраны.