Книга Касание ветра, страница 125 – Анна Джейн

— Он родился в феврале, – покачал головой Слава.

К нам приблизился рыжеволосый парень, держащий сразу два телефона, и, увидев меня, воскликнул:

— О, привели наконец! Привет, Чип! Не забудьте – ее на перекресток. – Парень, которого я приняла за очередного душевнобольного, кивнул на дорогу, в десяти метрах от крыльца образующую небольшой перекресток.

— Нормально. Почему он меня Чипом зовет – я его вообще знать не знаю. Что он имел в виду? – всполошилась я.

Оглядывая весь этот народ, я просто представить себе не могла, что задумал Смерчинский и где его носит?

— То, что ты будешь главной… к-хм, встречающей Дэна, – пояснила Инга, оглядывая собравшихся, как генерал солдат на параде.

— Почему я? – сказать, что я опешила, – ничего не сказать. У меня от такого морального потрясения даже сердце сильнее заколотилось.

— Потому что вы влюбленная пара, – дала девушка мне очевидный, на ее взгляд, ответ. – Мы хотим поздравить нашего Дэнни с тем, что он наконец обрел новую любовь. И тебя тоже поздравить. Официально.

Кажется, моя реакция наполовину состояла из нецензурный лексики.

— Я же сказала, что мы не парочка! – заорала я белугой, громко, надрывно.

— Да мы знаем, что вы стесняетесь, – вмешались еще какие-то друзья-подружки проклятого Смерча, обвиненного мною тут же во всех смертных грехах. – Мы хотим, чтобы вы перестали скрывать свои чувства!

— Мы тебя уже любим, – улыбнулся мне парень с косой черной челкой.

— Ты милашка, – добавил кто-то еще доброжелательным тоном.

— Ты подходишь Дэну, – хлопнули меня по плечу.

— Так это не он все это организовал? – хрипло спросила я.

— Он об этом не знает. Это же сюрприз.

Я не слышала, кто мне ответил. Я опешила. Я потерялась в потоке чужих слов. Я не знала: смеяться, плакать, убегать или ждать? Ну, кто, как не я, мог попасть в такую идиотскую ситуацию? Да, и Смерч тоже в нее попадет, и тогда хотя бы я смогу напомнить мальчику-ветру о том, что его якобы везучесть растворилась в потоке всех тех неприятностей, которые посыпались на наши головы еще с пятницы. У орла случилась форменная истерика – он только что понял, что сбился с пути, а та стая, с которой он вздумал полететь, чтобы не заплутать, на деле оказалась замаскированной магией бандой кровожадных гарпий.

— Маш, – ты только не злись, – сказала Лида, видя мою реакцию. – Мы же тебе добра хотели. Смотри, как тут все старались, организовали такое… – ее голос задрожал от переполнявших девушку чувств. – Мы боялись, что ты сразу убежишь, поэтому ничего не говорили. Но если ты сейчас захочешь свалить – тебя мигом поймают, – пригрозила она. А ее сестра с философским видом добавила:

— Что ты рыпаешься? Не у каждой, знаешь ли, девушки, будет шанс стать героиней такой замечательной истории! Такая романтика…

— Романтика? Ах, романтика? Ну, ладно, пусть будет романтика, – неожиданно сказала я. – Я вам даже подыграю. А перед Смерчинским будете отдуваться сами. Он в гневе страшен? – спросил я у рядом стоявших его друзей.

— Ужасен, – сказал кто-то.

— Убить может, – и парни захохотали.

Ну-ну, вы сейчас сломаете ему всю игру по завоеванию Князевой, он вас и убьет, мальчики. А я-то что? А я поучаствую в этом торжественном фарсе. Тем более… это действительно романтично. И даже если я предпочитаю кеды и спортивные кофты легкомысленным воздушным платьицам и заколочкам, это не делает меня черствой, грубой девицей, никогда не мечтавшей о сказочной романтике.