Книга За руку с ветром, страница 173 – Анна Джейн

— Знаю, – отозвался его младший брат нервно. – Я не понял про мокруху.

Март рассмеялся (в тот день его настроение было отличным) и пояснил свой план. Любитель психологических игр, он сказал Нику, что в случае потери своего, так называемого, любимого, дочка мента явно будет нуждаться в утешении. И тогда и придет звездный час Кларского. Он станет жилеткой для горюющей девушки, и ее можно будет контролировать. А через нее – и ее папочку. Все просто. Не получится контролировать по-хорошему, они начнут играть по-плохому. Мол, он, Март, не такой зверь, чтобы не дать менту шанса.

Никита тщательно обдумал слова брата и решил одним ударом убить двух зайцев: отомстить Смерчу за Ольгу и на какое-то время просто убрать из игры – положить в больничку, чтобы тот не светился перед братом. Если ему стукнет в голову, он ведь действительно может устранить Дэна. Правда, потом Март узнал, что Дэн – внук его будущего «компаньона» Даниила Юрьевича Смерчинского, и решил, что трогать его себе дороже… Но его младший брат был не в курсе этого. Он спасал клоуна так, как на тот момент умел. Пару недель полежать в больнице казалось ему более заманчивой перспективой, нежели пару дней полежать в реке. Правда, как оказалось, Смерчинскому досталось больше, чем надо было – один из пацанов словил глюки и ранил его, но все обошлось. Свои же потом и отделали нарика.

Никита тряхнул коротко стриженной головой, отгоняя невеселые воспоминания, и словно по-новому оглядел залитый электричеством зал ресторана, незнакомых, в большинстве своем чопорных людей с неторопливыми плавными движениям и фальшивыми улыбками, а после его взгляд переместился на Нику, косившуюся на гостей бала с некоторым подозрением и долей страха. Девушка явно не понимала, что они тут делают, чувствовала себя не в своей тарелке, то и дело касаясь пальцами ожерелья, как будто проверяя, на месте ли оно, но молчала. Никите нравилось, когда она молчит.

— Доброго вечера! – внезапно раздался веселый хамоватый голос, и воспоминания Ника улетели вовсе. – Девушка, вы свободны?

— Что? – не поняла Ника, откуда около них взялся, мягко говоря, странноватый тип в смокинге, в ушах и на задорном лице которого виднелись проколы, а волосы были выкрашены в зеленый цвет.

Зеленоволосый хрипловато рассмеялся, поедая девушку взглядом.

— Вы такая очаровательная, что я не могу оторвать от вас взора. Давайте знакомиться. Я – Александр. Назван в честь Александра Македонского. А он крутой тип, между прочим. Знали?

— Э-э-э, правда? – спросила удивленная Карлова. Такие молодые люди с ней еще не знакомились, хотя было что-то в этом парне смутно знакомое.

— Нет, вру, – не обращая ровно никакого внимания на стоящего рядом с ней Никиту, захохотал наглец. – В честь Александра-а-а-а… А выберете одно из трех!

— М? – заинтересованно взглянула на парня я. Его громкий уверенный голос напоминал ей какого-то шоумена.

— Победитель, освободитель или миротворец? – задал он странный вопрос. – Ну?

Брови девушки в недоумении приподнялись, и она со смешком выбрала второй вариант – зеленоволосый буквально напирал на нее своей яркой энергетикой. В нем чувствовались драйв, азарт и веселость.

— Отличный выбор! – похвалил парень. – Из трех Александров вы выбрали второго. А Освободитель он знаете почему?