Книга Твое сердце будет разбито, страница 78 – Анна Джейн

— Короче, пацаны, у нас в классе крыса завелась. Новенькая, — начал Вал весело. — Власов стал к ней клеиться, а Малина взбесилась. Всех на нее натравила. Ну а потом новенькая всех подставила…

И он стал рассказывать обо всем, что произошло за последние два дня, пока Барса не было в школе. Он слушал молча, однако кровь внутри кипела. От одной только мысли, что синеглазку могут обижать, внутри всё стягивало жгутом.

Барс ненавидел такое.

Ненавидел трусливых уродов, которые толпой идут на одного.

Хочешь разборок — давай один на один.

Барс вдруг представил, какие глаза были у Полины, когда ее объявили крысой. Ярость обожгла его, будто огонь. Вал всё говорил и говорил, а у Барса внутри каждая вена, каждая жила натягивалась всё сильнее. Каждая его мышца напряглась, ныла, требовала разрядки. Челюсти плотно сомкнулись.

Хотелось найти обидчиков синеглазки и каждому от души вмазать. Твари.

— Короче, ее подружка защитила — Айдарова, с которой я сижу, — с уважением в голосе закончил рассказ Вала Леха. — Ну я и велел петухам от них отвалить. Достали. Че за цирк устроили, непонятно.

— Да зачем ты встрял, — поморщился Вал. — Если новенькая крыса — ее надо наказывать. Весь класс заложила. Дискача не будет. Мне в субботу придется территорию убирать. Дура, мать ее.

Барс не сдержался и вдруг ударил Вала — вполсилы и не в лицо. Но тот всё равно от неожиданности не устоял на ногах и повалился на землю. Удар у Барса был сильным. Хорошо поставленным.

— Ты чё?! — заорал Вал, не понимая, что происходит.

— Завали, — прошипел Барс. — Еще раз услышу, кости переломаю, понял?

Вал поднялся и со страхом уставился на него. Знал, что тот сильнее.

— Ты рофлишь, что ли?!

— Я серьезно. Еще раз скажешь про нее что-нибудь — зарою.

— Да ты че, Димас? Че я сделал-то?!

— Вот именно — ничего, — сквозь зубы выплюнул Барс. — Весело тебе было, да?

— Да какая тебе разница? — заорал Вал. — Подумаешь, новенькая! Ты че так кипишуешь? Она твоя подружка или как?

На лице Барса появилась недобрая ухмылка.

— Или как. Не трогай ее, усек?

— Усек-усек, успокойся только. Да и не трогал я ее. Вообще ничего не делал! Барс, ты псих! Просто гребаный псих!

— А вон она и сама, — вдруг прищурился Леха и кивнул в сторону — по школьному двору действительно шагала Полина. Джинсы, кроссовки, кофта с горлом — как их там девчонки называют? У них же для каждой кофты свое название есть. Свитшот, лонгслив, кардиган и прочая фигня, в которой он не шарит.

Волосы Полины были распущены — доходили до самой талии, и Барс почувствовал странное желание коснуться этих волос. Наверняка мягкие.

Полина печатала что-то, не замечая их, стоящих в стороне. А Барс смотрел на нее и чувствовал, что хочет улыбаться. Леха заметил, что его глаза друга стали другими — в них больше не было ярости. Лишь теплота. И улыбнулся. А Вал продолжал ныть, отряхивая спортивные штаны.

— Иди к ней, — хмыкнул Леха. — Пообщайся и всё такое.

— Нафиг? — пожал плечами Барс. — Она не в моем вкусе.

— А чего защищаешь тогда?

— Ненавижу, когда толпой на одного. Особенно если это девчонка.

— Да ладно тебе! Туманова хорошенькая. Закадри ее и будет счастье. А это кто? — вдруг прищурился Леха. Барс увидел, как из-за угла школы выходят Малина и ее подружки — из их класса и из параллельного. Они тоже увидели новенькую и направились к ней. Окружили. Утащили за собой.