Книга Твое сердце будет разбито, страница 79 – Анна Джейн

— Пацаны, идите без меня, — вдруг решил Барс.

Леха внимательно на него взглянул.

— Уверен?

— Уверен. Валите.

Барс хлопнул его по плечу и направился следом за девчонками. А Леха и Вал направились прочь со школьного двора.

— А че он? — ничего не понимал Вал.

— Дебил ты, Костян, — хмыкнул Леха. — Новенькая Барсу понравилась.

— У него же Вика есть!

— Барс ее кинул.

— Ради крысы?! То есть как ее… Тумановой? Он реально псих… По сравнению с Викой Туманова убогая. Даже задницы нет нормальной!

— Да завали ты, а?

Переговариваясь, парни скрылись в темноте.

Когда Барс почти добежал до того места, где стояли девчонки, первое, что услышал, было:

— …Тогда встань на колени, Туманова. Оближи мне обувь. Тогда я буду считать, что ты извинилась. И больше не станешь засматриваться на моего мужчину.

Синеглазая не собиралась этого делать. И Барс вдруг подумал, что она крутая.

— Пошла к дьяволу, Малиновская. Лижи, что хочешь. Хоть обувь, хоть землю. Хоть руки своему Власову, — гордо ответила она.

— Проклятая стерва!

Судя по звукам, они ударили ее, повалили на землю. Кто-то заорал:

— Давайте, девки, давайте! Уделайте эту крысу!

Барс остановился в проходе между кустами за их спинами. Полина лежала на земле, закрывая голову от ударов. Ее волосы были мокрыми — видимо, на нее что-то вылили. А на губе блестела алая кровь. Но в глазах не было страха — лишь ярость.

От увиденного у Барса пульс застучал так, будто он пробежал десять километров. И дыхание участилось, только воздух стал горячим и тяжелым — и не вдохнешь во всю мощь легких. Мышцы рук напряглись еще сильнее, еще болезненнее.

— Не трогайте ее, — сказал он, и они тотчас оставили новенькую в покое. Отскочили от нее в стороны и испуганно уставились на него.

Если бы это были не девки, а пацаны, уложил бы на землю каждого. Только у него принцип — девчонок не трогать. Никогда.

— Барс? А ты тут что делаешь? — спросила Малиновская.

Он ничего не ответил. Подошел к новенькой, помог встать, положил руку на ее плечо. Затем велел дать салфетку, чтобы вытереть кровь на ее бледном лице.

Гнев захлестывал его напополам с непонятной нежностью.

Барс вытер кровь с губ Полины. А она смотрела на него большими синими глазами и дрожала.

Она была такой маленькой, хрупкой, что ему хотелось закрыть ее собой. Обнять и не отпускать.

«Всё будет хорошо, малыш», — подумал Барс и испугался — вдруг сказал вслух? Но нет, не сказал.

Он вручил окровавленные салфетки одной из девиц, которая не посмела выбросить их — смотрела на парня со страхом и молчала.

— Еще раз увижу рядом с ней — у всех вас будут проблемы. Поняли?

— Но…

— Поняли или нет?

— П-поняли.

— Отлично. Извиняйтесь, — велел Барс, зная, что это поставит идиоток на место. Конечно же, они не посмели его ослушаться.

— Полина, извини, пожалуйста!

— Прости! Мы не хотели!

— Это просто была такая шутка! Ты нас не так поняла!

Как фальшиво. Почему мрази насквозь пропитаны этой фальшью?

— Не так извиняйтесь. На колени вставайте. Каждая, — велел Барс с усмешкой. На глазах Малины появились слезы. Она не хотела так унижаться, но знала — пойти против него не сможет.

— Нет, не надо, — вдруг тихо сказала Полина. — Не уподобляюсь ничтожествам.

Барс едва сдержал довольную улыбку.

— И правильно. Идем, нам пора, — сказал он, не убирая руки с плеча девушки. Дрожать она перестала. И смотрела на него так, как никто никогда не смотрел.