Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 80 – Саяна Горская

Осе­ка­юсь, по­то­му что ска­за­ла уже го­раз­до боль­ше, чем со­би­ра­лась.

— Я не про­шу у те­бя ни­ка­ких пол­но­мо­чий, Марь.

— По­ка.

— Вот как.

— Не оби­жай­ся. Де­ло дей­стви­тель­но не в те­бе.

Он несколь­ко се­кунд смот­рит на ме­ня, по­сле че­го мед­лен­но ки­ва­ет, вы­тя­ги­вая гу­бы в тру­боч­ку.

— М-м. Ну те­перь-то всё вста­ло на свои ме­ста. Де­ло не в те­бе, де­ло во мне. Клас­си­ка. Я, ка­жет­ся, ви­дел это в па­ре филь­мов. Сей­час ты ска­жешь, что не го­то­ва к се­рьёз­ным от­но­ше­ни­ям, но я обя­за­тель­но встре­чу хо­ро­шую жен­щи­ну?

— Я уже ска­за­ла, что не го­то­ва.

— Точ­но. Зна­чит, эту часть сце­на­рия мы уже от­ра­бо­та­ли. Я по­нял те­бя. Не хо­чешь рас­ска­зы­вать, не рас­ска­зы­вай. Не хо­чешь по­мо­щи, не бу­ду пред­ла­гать её каж­дые пять ми­нут. Но ес­ли ко­гда-ни­будь са­ма по­про­сишь, я не вы­став­лю те­бе за это счёт. Обе­щаю, Марь.

Под­ни­маю на него взгляд. На­вер­ное, сто­и­ло бы что-ни­будь от­ве­тить, од­на­ко имен­но та­кие обе­ща­ния зву­чат кра­си­вее все­го до мо­мен­та, ко­гда при­хо­дит­ся про­ве­рять их на прак­ти­ке.

— Я да­же спо­рить се­го­дня с то­бой не бу­ду. На­де­юсь, ты оце­ни­ла моё бла­го­род­ство?

— А зав­тра?

— Зав­тра бу­дет но­вый день, Кра­са­ви­на. Вдруг ты проснёшь­ся и пой­мёшь, что всю ночь ску­ча­ла по мо­е­му мо­раль­но­му ли­дер­ству?

— Иди уже от­сю­да.

— Ухо­жу, — Иван под­ни­ма­ет ла­до­ни и пя­тит­ся к две­ри. — Спи спо­кой­но, лад­но?

— По­ста­ра­юсь.

Он ухо­дит, а мой те­ле­фон тут же виб­ри­ру­ет оче­ред­ной се­ри­ей со­об­ще­ний.

Ро­ман:Я жду от­ве­та.

Ро­ман:Утром по­го­во­рим. Я это­го так не остав­лю.

Рань­ше этой фра­зы хва­ти­ло бы, что­бы бли­жай­шие несколь­ко ча­сов я мыс­лен­но ре­пе­ти­ро­ва­ла зав­траш­ний раз­го­вор, под­би­ра­ла фор­му­ли­ров­ки, ис­ка­ла тот един­ствен­ный ва­ри­ант, при ко­то­ром Ро­ман не со­рвёт­ся и не нач­нёт да­вить силь­нее.

Се­год­ня же я про­сто вы­клю­чаю звук, за­швы­ри­ваю те­ле­фон под по­душ­ку и за­бы­ваю о его су­ще­ство­ва­нии.

Я здесь, в до­ме Ива­на, под его за­щи­той. И пусть я не про­си­ла по­мо­щи, а он не клял­ся за­щи­щать ме­ня ве­рой и прав­дой, но по­че­му-то я чув­ствую се­бя в без­опас­но­сти.

Из ко­ри­до­ра до­но­сит­ся ти­хий скре­бу­щий звук. Дверь мед­лен­но при­от­кры­ва­ет­ся, и в ком­на­ту без при­гла­ше­ния про­тис­ки­ва­ет­ся огром­ная се­рая мор­да. Ма­лыш де­ло­ви­то за­пры­ги­ва­ет на кро­вать, топ­чет­ся по оде­я­лу, устра­и­ва­ет­ся у ме­ня в но­гах и ур­чит так, что виб­ра­ция про­ши­ба­ет всё моё те­ло.

— Вот ты, по­хо­же, во­об­ще не слы­шал про лич­ные гра­ни­цы. Впро­чем, как и твой хо­зя­ин.

Кот ле­ни­во при­от­кры­ва­ет один глаз и кла­дёт под­бо­ро­док мне на щи­ко­лот­ку.

На­вер­ное, я дей­стви­тель­но очень уста­ла, по­то­му что впер­вые за дол­гое вре­мя за­сы­паю рань­ше, чем успе­ваю за­крыть гла­за.

Иван.

В два ча­са но­чи я ис­кренне счи­таю, что со­хра­няю до­сто­ин­ство.

В три на­чи­наю по­до­зре­вать, что до­сто­ин­ство и его со­хра­не­ние слиш­ком пе­ре­оце­не­но че­ло­ве­че­ством.

В че­ты­ре все­рьёз рас­смат­ри­ваю ва­ри­ант вый­ти на кух­ню, вы­пить во­ды, со­вер­шен­но слу­чай­но прой­ти ми­мо го­сте­вой и убе­дить­ся, что Кра­са­ви­ной там нор­маль­но спит­ся. Ис­клю­чи­тель­но из хо­зяй­ских со­об­ра­же­ний, ра­зу­ме­ет­ся. Вдруг ей хо­лод­но, душ­но, страш­но, скуч­но или жиз­нен­но необ­хо­дим муж­чи­на трид­ца­ти пя­ти лет без фут­бол­ки.