Книга Предатель. У нас все было, страница 29 – Марина Румянцева

Что-то обрывается внутри меня. Значит, это не паранойя, не игра воображения. Кто-то действительно хотел причинить нам вред. Хотел... убить?

— Вам есть куда пойти? — спрашивает пожарный, видя моё состояние.

— Да, она поедет ко мне, — отвечает за меня мама. — Я её мать.

— Хорошо, — он кивает. — Полиция захочет задать вам несколько вопросов, но это может подождать до утра. Вам нужно отдохнуть и позаботиться о детях.

Я не чувствую своего тела, когда мы садимся в такси. Руки двигаются автоматически — пристёгивают детей, гладят их по головам, вытирают слёзы. Но внутри — пустота и звенящий страх. Кто сделал это? Миша? Нет, не может быть. Несмотря на всё, что произошло, он любит детей. Он не мог подвергнуть их опасности... Или мог?

В маминой квартире тепло и безопасно. Она быстро готовит горячий чай, достаёт из шкафа чистую одежду — для меня осталась с прошлых времён, для детей — старые вещи двоюродных братьев, которые она хранит уже много лет.

— В душ, — командует она, когда мы сидим на кухне с кружками чая, словно потерянные души. — Всем. А потом спать.

Дети послушно идут за бабушкой. Я слышу, как она включает воду, как что-то тихо объясняет им, как они послушно отвечают. Только сейчас, оставшись одна, я позволяю себе осознать произошедшее в полной мере.

Нас пытались убить.

Комната начинает кружиться вокруг меня. Воздуха не хватает, словно я всё ещё в том горящем доме. Сердце колотится так сильно, что больно груди. В висках стучит, перед глазами плывут тёмные пятна.

— Господи, Катя! — голос мамы доносится словно издалека. — Что с тобой?

Она бросается ко мне, обнимает, заставляет опустить голову между колен, гладит по спине, как в детстве, когда я болела.

— Дыши, Катенька. Просто дыши. Вдох-выдох. Вы живы, это главное. Всё остальное решим.

Постепенно дыхание выравнивается. Сердце замедляется. Но страх — глубинный, животный страх — остаётся.

— Дети? — спрашиваю я, поднимая голову.

— В порядке, — успокаивает меня мама. — Я уложила их в большой комнате. Они уже засыпают.

Я киваю, но не могу успокоиться, пока не увижу их сама. Иду в спальню на цыпочках, чтобы не разбудить. Петя и Маша лежат в одной кровати, прижавшись друг к другу. Их мокрые после душа волосы разметались по подушке. Лица спокойные, словно ужаса этой ночи и не было.

Стою, глядя на них, и только сейчас позволяю слезам течь. Беззвучно, без рыданий — просто солёная вода, смывающая сажу, страх и отчаяние.

Телефон вибрирует в кармане халата, который одолжила мне мама. Светлана.

— Катя! — её голос звучит испуганно. — Я только что узнала! Ты в порядке? Дети?

— Откуда ты... — начинаю я, но она перебивает.

— В новостях показали. Пожар в твоём районе, показали твой дом... Я сразу поняла. Где вы? Чем я могу помочь?

— Мы у мамы, — отвечаю я, выходя из спальни, чтобы не разбудить детей. — Дети спят. Мы... мы в порядке.

— Это не случайность, да? — спрашивает она тихо.

— Нет, — мой голос дрожит. — Пожарные сказали... поджог.

Тишина на другом конце. Потом тихое:

— Ты думаешь, это Миша?

— Не знаю, — честно отвечаю я, опускаясь на диван в гостиной. — Не могу поверить, что он... но кто ещё?

— Что говорит полиция?

— Приедут утром. Задавать вопросы.

— Катя, — голос Светы становится твёрже. — Тебе нужен адвокат. Прямо сейчас. И охрана. Для тебя и детей.