Книга Последняя песня о любви, страница 46 – Люсинда Райли, Гарри Уиттакер

— Короче говоря, это ревность, и ничего больше. Ты считаешь, что Кон украл у тебя всеобщее внимание.

Тодд сжал кулаки.

— Ненавижу его, Лулу, и этот легкий ирландский шарм. Его обожает вся группа и Фредди Мартин в придачу, но не я. – Тодд обхватил голову руками. – За спокойной внешностью прячется сталь. Кон так же намерен стать известным, как и я.

— А что в этом плохого? – Лулу покачала головой. – Теперь ты похож на избалованного и завистливого ребенка. Кон – хороший малый, Тодд. Да, он талантлив и красив. Разве группе не нужны такие музыканты?

Тодд окинул ее ледяным взглядом.

— Ты так говоришь, будто в него влюбилась.

Лулу закатила глаза.

— Нет, но я понимаю, почему многие женщины находят его привлекательным.

— Здорово. И ты туда же. Нет бы потешить мое самолюбие.

Тодд неожиданно икнул.

— Тодд, милый, ты ведь знаешь, что я люблю тебя. Я говорю, что Кон для группы ценное приобретение. Именно так следует о нем думать. Места хватит обоим! Посмотри на Леннона и Маккартни – оба блестящие музыканты, певцы и композиторы. Держу пари, у них не все шло гладко. Но чем больше у тебя в группе способных людей, тем легче добиться успеха. Работай вместе с Коном. Не делай из него врага.

— Ты уверена, что уходить не следует?

— Абсолютно.

— Черт. – Тодд потер глаза и подавил зевок. – Я так разозлился.

— Понимаю. – Лулу встала и подсела к нему. – Поверь, Тодд, милый. Чутье подсказывает мне, что тебе лучше остаться.

— Ладно, – после долгого молчания вздохнул Тодд. – Но Кон Дейли мне не понравится никогда.

— И не нужно. Просто работайте вместе. Пойдем, я уложу тебя в постель.

Тодд медленно встал. Он взял прядь волос Лулу и накрутил на палец.

— Я ведь лучше Кона?

Лулу взяла его за руку и повела в спальню.

— Да, милый.

Не включая свет, она принялась расстегивать ему рубашку.

* * *

— Привет, Кон, я… я тут проходил мимо и подумал, не заглянуть ли к тебе поболтать.

Тодд жил в Челси. Вряд ли он шел «мимо» Аркрайт-роуд в Хэмпстеде в половине десятого утра, размышлял Кон.

— Конечно. Заходи.

Тодд следовал за Коном вверх. Пройдя три пролета лестницы, они оказались в просторной комнате.

— Уютненько.

Держа руки в карманах, Тодд выглянул в окно.

— А-а, это все Сорча. У нее хороший вкус.

— Да. Э-э… слушай, Кон, я подумал, что нам надо поговорить.

— Конечно. Я пью кофе. Хочешь?

— Отлично. У меня сегодня жуткое похмелье. Я бы поспал, да только Лулу встает в пять, чтобы ехать на киностудию, и хотя она сама женственность, по комнате топает, как слоненок. Сам понимаешь, какой уж тут сон! – Тодд осознавал, что болтает от нервозности. – Слушай, Кон, я вчера наговорил… я разозлился на Фредди. Ты знаешь, как сочинять песни. И слушать, что они дерьмо, тяжело, особенно когда ты проучился несколько лет в музыкальном колледже.

— Конечно. – Кон насыпал в кружки растворимый кофе и налил кипяток. – Молока нет, закончилось.

— Неважно. Я пью черный.

— Огромная работа. Держи.

Кон вручил одну из кружек Тодду, примостившемуся на подлокотнике дивана, и ждал.

— Дело в том, что мы с тобой – основная сила группы: оба поем, пишем песни. У Иана с Дереком отличные аранжировки, но именно от нас зависит, чтобы волшебство произошло.

— Спасибо, приятно слышать.

Кон отхлебнул кофе, не сводя спокойных глаз с собеседника.