Книга Чайная под солнцем Тосканы, страница 91 – Дейзи Джеймс

Развернувшись, чтобы отправиться к домику, она заметила другое похожее на хлев здание, но в отличие от остальных оно было мило отремонтировано: новая крыша, новые оконные рамы с бледно-зелеными ставнями, крепкая, слегка приоткрытая дверь. Она заглянула внутрь и с удивлением заметила, что внутри было чисто, как в лаборатории. В комнате с белыми стенами и безупречно чистой плиткой на полу стояли разные блестящие металлические машины. Принюхавшись, она поняла, что здесь из овечьего молока делали сыр.

Затем она сделала еще один вывод.

Вот откуда Маттео брал сыр, который поставлял в чайную.

Но если это его брат делал сыр, почему он ничего об этом не сказал?

Она вспомнила, как сдержанно и неуверенно Габриэлла говорила о Фабио, как не хотела давать ей адрес. Что-то точно произошло в семье Ферретти, что не имело к Тилли никакого отношения. Она снова вмешивалась в чужие дела, как с Эдуардо, и полюбуйтесь – его, считай, сослали в Турин.

Надо убираться отсюда!

Она развернулась и заспешила по тропе к своему скутеру. Оказавшись почти у цели, она услышала свое имя.

— Тилли? Это ты? Что ты здесь делаешь?

При виде Маттео, выходящего из домика, ее сердце пропустило удар. Его кудри растрепались сильнее, чем обычно, но он все равно выглядел восхитительно в сиреневой рубашке и темно-синих джинсах. На лице, однако, проступило смятение и беспокойство, и Тилли захлестнула вина. И почему она не могла держаться подальше от чужих дел?

— Привет, Маттео, прости, Габриэлла дала мне твой адрес. Я забеспокоилась, когда ты не пришел утром в чайную. Я несколько раз звонила, писала, оставила сообщение на автоответчике, рассказала, что Виктор Витали приходил к нам и обругал все наше чаепитие, добавил, что у нас все тяжелое и непропеченное, и это увидел весь интернет, а еще он чем-то отравился, чайную пришлось закрыть, а Оливия решила ее продать, Джесс и Карлотта остались без работы, Эдуардо сослали в Турин, и все это моя вина!

Она произнесла всю речь на одном дыхании, одним бессвязным предложением, проглатывая слова, лишь бы высказаться. Закончив тираду, она несколько раз быстро вздохнула, силясь успокоиться и остановить подступившие к глазам слезы. Маттео и своих забот хватало, она приехала на ферму его брата не затем, чтобы вывалить на него все свои проблемы.

— Тилли, мне так жаль, что я не смог быть рядом этим утром. Я подумал, ты, Джесс и Карлотта со всем справитесь. Надо было позвонить тебе перед отъездом – я забыл, что здесь нет связи, – и поверь мне, я не знал, что произошло с Виктором. Как он?

— Ему лучше. Габриэлла за ним присматривает.

— Ты вся на нервах. Пойдем налью тебе стакан лимонада.

Маттео приобнял ее, и знакомый аромат его одеколона успокоил ее растрепанные чувства. Он отвел ее в тенистый уголок, где стоял побелевший от солнца столик и несколько стульев, расставленных так, чтобы наслаждаться пейзажем с лучшей точки. Маттео пошел в домик за лимонадом, оставив Тилли восхищаться ландшафтом – наверняка самым красивым во всей Тоскане. На этот раз она достала телефон, чтобы запечатлеть лучи послеобеденного солнца на холмах.

— Красиво, правда? – сказал Маттео, протягивая ей стакан, до краев заполненный льдом.

— Grazie. – Тилли сделала глоток, наслаждаясь резким вкусом настоящего лимонного сока, затем встретила взгляд Маттео и заметила тлеющий уголек подавленного расстройства – она видела его и раньше. – Маттео, что случилось?