Книга Развод. Муж привел ее в наш дом, страница 64 – Анна Яровая

— А теперь, жена, начинаем строить нашу жизнь. И у меня большие планы.

Первое утро в нашем доме. Проснувшись, я несколько секунд не понимаю, где нахожусь. Солнечный свет льётся сквозь окно без занавесок, на полу стоят коробки, на стуле висит свадебное платье, а рядом спит муж.

Мой муж.

Во сне лицо Степана мягче: исчезла складка между бровями, на безымянном пальце блестит кольцо. Я касаюсь его, и Степан мгновенно открывает глаза.

— Что случилось? Тошнит? Голова кружится? Живот болит?

— Я просто смотрю на тебя.

— Зачем?

— Проверяю, не приснилось ли мне.

Он целует мою ладонь и кладёт себе на грудь.

— Не приснилось.

— Доброе утро, муж.

— Доброе утро, жена.

Через полчаса Степан несёт меня вниз, потому что считает лестницу смертельно опасной.

— Поставь меня.

— Ступени скользкие.

— Я беременная, а не беспомощная.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга, затем он осторожно ставит меня на пол.

Так начинается наша семейная жизнь.

В первый день я разбираю вещи, во второй переставляю посуду. На третий Степан полчаса ищет любимую кружку и сахар.

— Почему кружка не возле чайника?

— Потому что там теперь крупы.

Он осматривает одинаковые банки.

— Где сахар?

— Там написано.

Сахар находится с пятой попытки. Степан переставляет банку к чайнику, я возвращаю её на полку. Вечером она снова оказывается возле кружки.

На следующий день я приклеиваю записку: «Сахар. Место на полке».

Утром нахожу ответ на ящике с инструментами: «Молоток. Место в ящике, а не на кухонном столе».

Пишу на обороте: «Муж. Место рядом с женой, а не на работе до темноты».

Вечером он возвращается на два часа раньше.

Дом меняется каждый день. На кухне появляются светлые занавески, герань и фиалка, которую Степан вырастил из листочка. Теперь у неё пробиваются новые листья.

— Ей здесь лучше, — говорю я.

— Почему?

— Не одна.

Степан смотрит на два горшка, потом на меня.

— Понятно.

Льняная скатерть держится до первого ужина: муж ставит на неё горячую сковороду, оставляя тёмный круг.

— Скатерть зачем на кухне? — спрашивает он.

— Для красоты.

— Красота теперь с кругом.

Через десять минут Степан приносит деревянную подставку с вырезанным цветком.

— Теперь сковороду можно ставить?

— Можно.

В гостиной появляются подушки. Степан называет их бессмысленными, но вечером смотрит новости, подложив под локоть подушку с вышитым петухом.

— Удобно? — спрашиваю я.

— Нет.

Через минуту петух снова оказывается у него под рукой.

Сразу после свадьбы Степан начинает строить веранду. Вместо старой площадки он возводит широкую, крытую, с резными перилами. Я приношу рабочим чай, но муж отбирает поднос.

— Тяжёлое не носить.

— Здесь шесть кружек.

— Для тебя тяжело.

— Врач разрешила обычную жизнь.

— Врач не видела этот поднос.

Рабочие прячут улыбки. Один из них шепчет, что Степан велел дважды проверить каждую доску, чтобы не осталось заноз.

Я прошу сделать вдоль стены широкую лавку, на которой можно лежать с книгой.

— Простынешь.

— Положу плед. Пожалуйста.

— Ты специально просишь, когда я не могу отказать?

К вечеру лавка готова. На следующий день появляется спинка, ещё через сутки — мягкий матрас.

— Чтобы не простыла, — объясняет Степан.

С детской всё сложнее. Муж выбирает комнату рядом со спальней, утепляет стены и объявляет: