Книга Наследие роз, страница 236 – Таисия Роуз

На лице Александра отражалась искренняя улыбка. Оно перестало быть беспристрастным. Сменялось радостью, местами злостью. Впервые я разглядела в нем человека полноценно, а не только отблески наличия души. Говорил он долго и складно. Хоть и было видно, что по-прежнему многое скрывал. Рассказывал о том, как Филиппа проникла к нему в самое сердце. О том, что на целых десять лет полностью отошел от плана, практически от него отрекся, находя иной смысл. Новую семью.

— Я бы соврал, если бы сказал о том, что Елизавета была кристально чистой. Имелась в ней корыстность, которая меня абсолютно устраивала. Она грезила о замужестве с герцогом и вечной жизни. Не знала, что я не способен ей ее дать. Как и твоя бабушка, кстати. Они в целом с ней характером были страшно похожи… И имя одно. Я из-за этого Лиззи при себе оставил. Не полюбил, но ценил.

— Что с ней стало? С Елизаветой?.. – ведь должна была быть причина, по которой все обернулось так, как обернулось.

— Я отбыл в Российскую империю. Тогда Винецбург находился в ее составе. Дело было срочное. А моя милая Елизавета сгорела заживо. В их доме вспыхнул пожар. Из семьи выжила только ее младшая сестра, которая являлась фавориткой короля.

Александр проговорил это настолько непринужденно… От этого едва ли верилось, что погибшая девушка имела хоть какой-то вес в его жизни. Но изнутри, я была уверена, он весь пропах гарью. Неприятной и удушающей, переходящей разрядами и соприкосновениями ладоней на меня.

— После произошедшего я опомнился. Принял смерть Филиппы за знак, что я ступил на неверную дорогу. Забыл, ради чего существую. Но благодаря Елизавете я стал иначе относиться к людям… – его темные соколиные брови сомкнулись на переносице. Понял, что разболтался. – Не будем об этом, Тереса. Я, честно говоря, хотел навестить тебя только через неделю.

— К чему это? Зачем держать меня взаперти так долго? – Я переключилась тоже, не решаясь его злить.

— Не знаю. – Александр неоднозначно пожал плечами, упираясь локтями в матрас. – Может, чтобы дать тебе время, которого осталось мало. А может, дать шанс сбежать. Или быть спасенной. Я думал, что ты будешь сопротивляться до последнего. Противиться мне.

И снова этот взгляд. Непонятный, что-то в себе явно несущий. Без прикосновений тоже не обошлось. Раньше они мне казались более властными, напористыми… Сейчас же он притрагивался скупо, почти что на расстоянии. Как художник, в голове обводящий силуэт будущего шедевра.

— Ты не оставил мне выбора…

— Заблуждаешься, Тереса. Я всегда его предоставляю, помнишь? Даже заяц может убежать от волка.

Начинало светать. Небо с темно-синего приобрело краски тускло-голубого. Его лицо было отвернуто от меня. Он глядел в окно или на картину, приколоченную к стене. Я же не могла оторвать взгляда, внимания. Выискивала в острых чертах нечто уязвимое, напоминающее о том, что передо мной находился не монстр, как его привыкли называть. А Ксандр, оплакивающий потерю родного брата и единственной любви. От мыслей, что эта его часть все еще заключена где-то в дебрях души, мне становилось комфортнее. Удавалось совладать с собой, не дрожать под невыносимой мощью.

— Ты не давал выбора ведьмам. Как и Зибору Роспонду, бабушке или мне. Только создал иллюзию, – я ненароком перешла на шепот.