Книга Наследие роз, страница 315 – Таисия Роуз

Александр поднялся на ноги, посмотрел на меня как-то слишком злобно, так, как никогда не глядел. Будто он искренне верил в то, что я не нападу на него. Не посмею.

— Timor Tuus Fortior. Crescit timor Tuus fortior crescit!^[13]

Проклятие вырвалось из уст самозабвенно, словно по-иному быть и не могло. Я видела то, что он намеревался воспользоваться внушением, и опередила. Энергия соскочила с кончиков пальцев, шла откуда-то с брюшины, связываясь в густой узел. Я не училась этому заклинанию: Изидор говорил, что оно чересчур сильно для меня. Однако сейчас я уже не являлась той перепуганной девчонкой, сбежавшей в лес. Темная энергия знатно усиливала ведьмовской дар. Без нее все мои способности были атрофированы, прозрачны.

Александр застыл в гримасе ужаса. Он противился наваждению страха, что окутало его. Я видела, как сменялись эмоции на точеном лице; как он практически победил то незримое чувство, что вынудило остановиться. Но мы успели. Кристиан правильно вывел координаты; кольцо заискрилось; лабиринт снова начал растворяться во тьме с легкими очертаниями грядущего рассвета.

Меня оглушило. Роспонд переносился быстро, не успевая достаточно хорошо сконцентрировать энергию. Нас едва не разорвало на мелкие частички. Он что-то кричал мне, а я, находясь в коматозном состоянии, пыталась прочесть по губам и медленно кивала в ответ. Я притронулась к мелкой струйке крови, что текла из его глазниц. Кристиан перехватил мои руки, помогая подняться. Обомлев от увиденного, я резко пошатнулась, оставаясь на ногах лишь благодаря ему.

Маковое поле, всегда одинокое, лишенное жизни на многие века, заполнилось целой толпой народа: светлые, феи, ведьмы. Мгновение, и новая вспышка. С каждой секундой их количество пополнялось новыми переместившимися. В голове промелькнула мысль о том, что мне несказанно повезло столкнуться в лабиринте лишь с Анной Смит, ведь стоило попасть в самый центр битвы, и вполне возможно, что смерти было бы не миновать. Бессмысленной смерти.

— Что там?

Я непонимающе пыталась увидеть то, что скрывалось за многочисленными головами. Все толпились, озирались с ужасом и одновременно с восторгом.

— Джозеф Бернар сознался, что является сосудом светлой энергии. Войцех его убил. Я… его убил. Да, обезглавил его именно я, – словно задыхаясь, произнес Кристиан.

Я взволнованно обхватила его за плечи, прикладывая ладонь к вспотевшему лбу. Дрожь в конечностях, тяжелое дыхание, сочащиеся золотом глаза, которые он не мог контролировать. Все было так же, как в доме у Александры на Рождество. У Кристиана заканчивалась энергия. Столько перемещений, бойня, еще и перепалка с Драгомиром, на которую он использовал немалое количество силы.

— Давай помогу.

— Нет.

— Кристиан!

Мы оба заметили темную вспышку, говорящую о том, что Александр наконец прибыл на финальный раунд. Видели, как все всполошились; как Войцех прошел вперед, протягивая кверху голову Джозефа. Кристиан сам понимал, что ему нужны силы.

— Где моя вендетта?

Голос Александра доносился до нас с порывами ветра. Роспонду очень повезло перенести нас в отдаленное место, находящееся, скорее, ближе к тому обрыву, с которого я когда-то чуть не упала, чем к полю. Мы выиграли время.

— Хорошо. Давай.

Он нехотя повернулся, практически сразу же затягивая нас в быстрый поцелуй. Сжал ладонью тонкую шею, вынуждая меня жадно хватать остатки воздуха. Я концентрировала мысли на, возможно, последнем счастливом воспоминании в своей жизни. Нашем свидании. Иногда картина становилась туманной и… ресторан под открытым небом сменялся спокойным шелестом листьев и миролюбивой рекой. Днем моего восемнадцатилетия. В такие моменты Кристиан отдалялся, не прерывая зрительного контакта, вбирал всю энергию, однако озадаченно всматривался в мое лицо. Я была рада в тот момент, что он не являлся красным феем, способным узреть мои воспоминания; что способен только считывать резко изменившуюся энергию.