Книга Магнолия в объятиях тумана, страница 63 – Алёна Морская

Всё время своего рассказа Норакс внимательно смотрел на Абеларда, но тот как ни в чём не бывало старательно записывал его слова. А вот Ли-Льен, чуть прищурив глаза, размышляла. Неужто она оставила какие-то следы во время сражения у поезда?

— Ладно, вижу, рано вам про высшую нечисть слушать, – продолжил Норакс. – Перейдём к тому, с чем вы уже сражались. Чёрт. Примитивнейшее, не обладающее интеллектом существо. Вот ты, что можешь рассказать о чертях? – спросил он очередного студента.

Ли-Льен, тихо фыркнув, прикрыла глаза, устраиваясь поудобнее.

После нежитеведения и последовавшего за ним обеда, на котором Ли-Льен снова притронулась лишь к салату, наступило время медитации. В брошюре с картой дворца, выданной вместе с расписанием занятий, значилась просторная аудитория на четвёртом этаже. Студенты всех курсов дружно двинулись туда из столовой, шумно галдя.

В сумрачном зале их уже ожидала Ирида. Старшекурсники привычно расселись на циновках, раскиданных по полу, и тут же закрыли глаза, принимая удобные позы.

— Приветствую вас! – поздоровалась госпожа ректор. – Дорогие первокурсники, медитация – один из важнейших аспектов вашего обучения. Для значительного количества инквизиторских задач требуется большой магический резерв. Так как вариантов его увеличения существует великое множество, вы вольны практиковать наиболее привычный и удобный. Но имейте в виду, по окончании семестра будут проводиться повторные испытания с шаром, который вы во время поступления наполняли чистой силой. И все, кто не увеличил свой резерв, будут отчислены.

Сказав это, она ушла. Где-то сдавленно охнул Баламут.

Ли-Льен же, сев на циновку у стены, подальше ото всех, закрыла глаза. Та медитация, которой их с сестрой обучал Наставник, подразумевала полное телесное расслабление. Девушка скрестила вытянутые ноги и откинулась назад, ложась на спину. Заложив руки за голову, Ли-Льен обратилась к внутренним потокам, постепенно охватывая вниманием каждый канал. После – заставила силы, что текли по ним, надавить на стенки, болезненно расширяя их. А потом отпустила. Повторяя эти действия, разум Ли-Льен устремился к самому толстому каналу, который пролегал вдоль позвоночника. Мысленно коснувшись его, девушка будто упала в омут, погружаясь в бесчисленные потоки чистой и стихийной сил, что таились в ней. Управляя потоками с безупречной точностью, Ли-Льен уловила на грани сознания странное шебаршение. Словно кто-то полз к ней на циновке, сдавленно сопя.

— У тебя всё тело так мерцает! – прошептал рядом Баламут. – А можешь и меня научить?

Девушка, не открывая глаз, ответила:

— Нет.

Парень снова засопел.

— А если услуга за услугу?

— И что ты можешь мне предложить? – хмыкнула Ли-Льен, качаясь на волнах силы и увеличивая концентрацию энергии в каналах.

Девушка то сжимала её, то давала ей литься без малейшего напряжения.

— Я стану твоими глазами и ушами, – предложил Бал. – Я буду сообщать обо всём, что происходит вокруг.

— Ты и так это делаешь.

На этот раз парень завозился на циновке. Он неуверенно оглянулся. Чутьё подсказывало, что к Абеларду с такой просьбой лучше не соваться, Лагамар просьбу просто проигнорирует, а Арьяман и так не слишком силён в магии. У Баламута имелись ещё маги на примете, но он надеялся найти наставника внутри своей команды.