Книга Магнолия в объятиях тумана, страница 65 – Алёна Морская

Бал кивнул, послушно выполняя наказ.

А после задохнулся в крике.

«Я уже забыла, что такое боль? Да нет. Мне ведь тоже каждый раз весьма ощутимо больно. Наверное, у него просто низкий болевой порог. Мне тоже трудно выдержать больше десяти минут медитации…» – мысли Ли-Льен медленно вращались вокруг Баламута.

Он стойко орал семь минут, пока не потерял сознание. А придя в себя, со страхом уставился на девушку – парень не мог поверить, что она добровольно использует такую пыточную технику.

— У тебя очень гибкие каналы, ты можешь добиться больших успехов! – отметила «наставница», едва тот очнулся. У неё неожиданно возникло желание как-то подбодрить сокомандника. – Так, мы закончили на расширении каналов. Теперь концентрирование и разрежение.

С этими словами девушка протянула к Баламуту руки, чтобы вновь вмешаться в его магический поток.

— Нет! – Побелевший юноша тогда резко отшатнулся. – Д-думаю, мне хватит!

Он даже руками себя обнял.

— В-в конце концов, я уже чувствую, как мой резерв вырос! Мне кажется, этого с лихвой хватит для того испытания! – пробормотал Бал, нервно сглатывая под разочарованным взглядом девушки. – Т-ты не подумай, я свою часть сделки выполню. С меня ужины до конца года!

Предаваясь воспоминаниям, студентка практически не слушала лектора – Норакса, который на этот раз преподавал ведьмоведение.

Инквизитор меж тем сурово оглядывал первокурсников, рассказывая основы нового предмета:

— Ведьмы! – воскликнул он, будто ругнулся. – Жуткие, зловещие, всемогущие. Люди издревле боялись их, придумывали им звучные прозвища, с неистовым ужасом жались по углам в ночь Заката, но всё равно, невзирая на наказание, вступали с ними в договорные отношения. Да, многие могут посчитать их существование сказкой, а рассказы о них – вымыслом, и пусть лучше так и продолжают считать! Однако! Доподлинно известно, что ведьмы отравляют своим существованием мир уже по меньшей мере полторы тысячи лет, и долгое время инквизиторы могли лишь сдерживать их гнусные порывы, не выдирая заразу с корнем.

Норакс замолчал, обводя жёлтым взглядом притихшую аудиторию – всё, что он говорил, являлось новыми знаниями практически для всех присутствующих.

— Однако, – продолжил преподаватель, – больше ста лет назад нашему великому князю удалось невероятное. Объединившись с другими инквизиторами и с магистрами, он раскрыл тесную связь прошлой правящей династии с сильнейшей, вероятно, первородной ведьмой, известной как Лунная ведьма, и искоренил весь грязный род. После чего хитростью заманил тварь в ловушку и уничтожил. А вскоре вошёл в силу наш Сокол, Алкей! Он единственный смог сделать то, что до сих пор не удавалось и сотне инквизиторов – в одиночку убил шестерых из «Тринадцати сильнейших». А уж обычных ведьм – и вовсе не счесть. И похоже, с тех пор «Тринадцать сильнейших» перестали быть тринадцатью – нет никаких сведений о новых «цветных» титулах, которые они себе присуждают, входя в этот нечистый круг.

Инквизитор фыркнул, довольно сощурившись, – видно, он являлся большим почитателем Алкея.

Ли-Льен скучающе уставилась в окно, но там всё скрыла пелена дождя.

— Ещё будучи молодым, примерно девяносто лет назад, Алкей смог пробраться на Закатный шабаш, который ежегодно устраивают ведьмы на семи холмах, скрытых от людских глаз, и получил бесценную информацию о его проведении. Кстати, на этом же шабаше, в самый разгар, таинственно умерла могущественнейшая Огненная ведьма, она же ведьма Пали, которая незадолго до того заняла главенствующее место после Лунной. Алкей утверждает, что он к смерти Огненной непричастен, но многие в это не верят. В конце концов, если не он, то кто? Ведьмы не вредят себе подобным.