Книга Истинная с доставкой на дом. Цветочница для дракона, страница 82 – Камелия Найт

Сейчас не стало.

Я смотрела на знакомый изгиб его бровей, на светлую полоску от кольца и не хотела ни броситься ему на шею, ни ударить. В горле мешал плотный ком. За окном дворник сердито скрёб мокрые листья по асфальту; холодильник включился и загудел. Кирилл не торопил меня. Впервые ему не понадобилось немедленно узнать, правильно ли он всё сказал.

— Я не могу сейчас ответить, что простила.

Он медленно кивнул.

— Может быть, потом, — добавила я. — Не обещаю.

— Этого… — Кирилл запнулся. — Нет. Не буду говорить, достаточно мне или нет.

— Вот именно. Моё прощение больше не твоя задача.

Он провёл ладонью по лицу и коротко выдохнул.

— Я постоянно понимаю это на полсекунды позже.

— Раньше не понимал совсем.

У двери Кирилл оглядел лавку.

— Красиво получилось.

— Мне тоже нравится.

Он ушёл. Я смотрела через стекло, как Кирилл пересекает улицу, и не чувствовала желания догнать, договорить, заставить его понять ещё что-нибудь. Наш брак был частью моей жизни. Теперь он наконец стал прошлым.

Колокольчик над дверью звякнул снова почти сразу.

На пороге стояли две женщины. Одна держала толстую папку с образцами ткани, другая — фотографию зала.

— Вы Арина Соколова? — спросила первая. — Нам вас посоветовали в ресторане. У дочери свадьба через месяц, нужен полный цветочный декор. Мы знаем про проверку и всё равно хотим заказать у вас.

Она положила на прилавок список: арка, столы, букет невесты, бутоньерки, оформление лестницы.

Первый крупный свадебный заказ после скандала.

Я перечитала список и всё-таки спросила:

— Вы уверены?

— Что хотите заказать у меня. После всего, что писали.

— Именно поэтому. Вы первой заметили проблему и не стали прятаться. Дочь говорит, если флорист умеет отличить цветы от средства воздействия, нам такой подходит.

Вторая женщина, до сих пор молчавшая, раскрыла фотографию зала. На ней были кирпичные стены, высокие окна и длинные деревянные столы.

— Только дочь не хочет, чтобы цветы выглядели как доказательство вечной любви, — сказала она. — После всех новостей её от этого выражения трясёт.

— Меня тоже, — призналась я. — Сделаем так, чтобы они просто были красивыми.

Этого оказалось достаточно. Никто не просил скрытого смысла, редкого сорта для крепкого брака или композиции, после которой жених заплачет в нужную минуту. Мы говорили о высоте ваз, цвете скатертей и о том, выдержит ли сирень жаркий зал. Обычные сложности обычной свадьбы вдруг казались роскошью.

Я отвернулась к стеллажу, чтобы клиентки не увидели моих глаз. Потом мы два часа выбирали белую сирень, кремовые розы и зелень без свадебных чудес.

Когда женщины ушли, на счёте лежала первая крупная предоплата после скандала.

Закрыв дверь, я сначала засмеялась, потом всё-таки заплакала.

Даниил приехал после моего сообщения «они вернулись». Осмотрел мокрое лицо и улыбнулся.

— Поздравляю.

— Один заказ ещё не спасает лавку.

— Знаю.

Он просто обнял меня среди каталогов и смятых салфеток.

— Вы ведь не оплатили им заказ? — спросила я ему в пиджак.

— Нет.

— Не попросили ресторан меня рекомендовать?

— Нет.

Я отстранилась и всмотрелась в его лицо.

— Совсем ничего не устроили?

— Арина, я понимаю, что заслужил подозрения, но иногда мир справляется без моего руководства.

Я снова рассмеялась. На этот раз слёзы не мешали.