Книга Истинная с доставкой на дом. Цветочница для дракона, страница 92 – Камелия Найт

— Я не обо мне спрашиваю. Ты как?

София занялась той же складкой ещё раз.

— Сегодня нормально. Вчера услышала в машине нашу со Стасом песню и разревелась. Может, завтра опять буду злиться. А сегодня хочу держать твой букет и не думать, что со мной что-то не так.

— Тогда держи.

Она обняла меня боком, оберегая платье. За дверью позвали свидетельницу. София быстро промокнула глаза, рассмеялась над собой и забрала у меня букет.

К Неве мы вышли перед самой регистрацией. Светлая ночь ещё держалась над водой, на другом берегу горели окна. Петербург был красив — просто красив. Впервые мне не хотелось искать в этом знак. Только теперь город ничего нам не продавал.

Белая сирень пахла просто сиренью.

Даниил ждал у открытых дверей. Увидев меня, он замер. На скулах проступила тонкая чешуя, и я не удержалась от улыбки.

— Это волнительно или Таисия плохо проверила букет?

— Я требую повторный анализ.

— После регистрации.

Он протянул руку. Я вложила в неё свою.

Гости вошли в зал, музыка стихла. Перед нами лежали документы и кольца. Регистратор произносила положенные слова, а я почти не слышала. Смотрела на Даниила и чувствовала, как его большой палец гладит мою ладонь.

В первом ряду София держала букет, Таисия уже плакала и сердилась на потёкшую тушь. Сотрудники «Севера» сидели рядом с моими помощницами, и никто не проверял, правильно ли судьба распределила места. Эти люди знали слишком много о наших сомнениях. Возможно, поэтому их присутствие не давило. Ни один из них не мог ответить за нас.

Перед самым вопросом он наклонился ко мне.

— Не передумали? — прошептал он.

— Поздно.

Пальцы Даниила сразу разжались. Он посмотрел мне в глаза.

— До вашего «да» не поздно.

Вот за это я его и выбрала. За то, что даже сейчас он был готов остановить зал, музыку, гостей и собственное счастье, если мой ответ изменился.

Я крепче сжала его руку.

— Да.

Через год мужчина у прилавка спросил:

— У вас правда есть цветы, после которых девушка может влюбиться?

Я подняла голову от коробки с лентами.

После истории «Созвучия» этот вопрос задавали часто. Мужчина мял телефон и краснел.

— Нет, — ответила я.

— Совсем?

— Совсем.

Он разочарованно посмотрел на ряды цветов.

За год в «Белой сирени» появилась новая витрина и две помощницы. Здесь всё ещё было тесно и пахло влажной зеленью.

Теплица пережила первую зиму. Сирень цвела неровно, часть саженцев погибла, зато светло-синие цветы разрослись так, что я поставляла их ещё в две лавки. Иногда утром мы с Даниилом ездили туда вместе. Он носил ящики, ворчал из-за земли на ботинках и по-прежнему не мог запомнить название сорта. Я перестала его проверять: он всё равно называл их «те самые синие».

Над кассой висела фотография с нашей свадьбы. Даниил держал меня за талию, я смеялась, а София в углу кадра прятала от него акт проверки букета.

Мужчина проследил за моим взглядом.

— А чтобы девушка хотя бы посмотрела иначе?

— Могу собрать красивый букет.

Он оживился, шагнул к витрине и тут же замер, когда я не потянулась за упаковкой.

— А дальше?

— Дальше сами.

— Она уже дважды сказала, что не хочет со мной встречаться.

Я отложила ленты.

— Тогда зачем ей букет?

— Хочу показать, что настроен серьёзно. Сделать настоящий поступок.

— Настоящий поступок — услышать её.