Книга Позолоченная месть, страница 131 – Лисса Мия Смит

Все это было совершенно логично, но благодаря реликвии Эмми начало казаться, будто ее искусство способно на все. Она совершала сложнейшие трансформации, о которых раньше и подумать не могла.

— Наверное, в глубине души я знала, что у меня ничего не выйдет. У меня никогда не получалось исцелять.

— Значит, ты уже пробовала? – мягко спросил он.

У Эмми не было сил сдержать рвущиеся наружу слова.

— Да. Маму.

— Тебе было восемь.

Он все помнил. Эмми рассматривала засохшую кровь под ногтями.

— Папа тогда едва начал обучать меня магии. Мы думали, что у меня такой же талант, как у него. Что я стану целительницей. Когда он вернулся домой, я уже целый час пыталась заставить ее сердце биться.

За годы подробности стерлись. Эмми помнила лишь, как у мамы внезапно разболелся живот и она прилегла отдохнуть. Когда Эмми залезла к ней в кровать, ее тело уже остывало.

— Я иногда забываю, как много ты потеряла. Как много мы оба потеряли. – Джек выдохнул и откинулся назад, опираясь на руки. – Моя мать умерла в родах. Думаю, отец винил в этом меня.

— Почему ты так считаешь?

— Он иногда говорил: «Ты убил свою мать».

Эмми невольно фыркнула, потом торопливо накрыла рот ладонью, но Джек лишь улыбнулся в ответ. Впрочем, улыбка быстро угасла.

— Ты была одна, когда пыталась исцелить ее?

Эмми покачала головой. Она бы никогда не забыла полные слез голубые глаза Грейс, когда та наблюдала, как Эмми тщетно старалась помочь мертвой матери. Грейс не отходила ни на шаг. Ни на секунду не переставала шептать: «Хватит. Хватит, отпусти ее».

Теплые воспоминания причиняли особенно мучительную боль.

— Кстати, о Грейс. – Джек прикусил нижнюю губу. – Вчера вечером, когда канцлер в нее выстрелил…

— Это была мимолетная слабость. – Если бы Эмми позволила канцлеру попасть в цель, их месть свершилась бы. Им бы осталось лишь рассказать всю правду и обелить свои имена, одновременно пролив свет на планы канцлера и на роль, которую играла в них Грейс.

— Ты проявила доброту. – Он нахмурился, увидев ее выражение лица. – Эмми, ты же не чудовище.

— А жаль.

— Ты по-прежнему хочешь разрушить ее жизнь?

— Разумеется. – Она чуть было не вскочила на ноги. – Даже если мне придется сделать это в одиночку.

— Не придется. Я с тобой, – с жаром сказал он и прижался лбом к ее лбу.

Они вновь зашли на опасную территорию. Между ними проскочила искра, готовая вот-вот обратиться пламенем. Но Эмми не находила в себе сил сопротивляться. Ей хотелось раствориться в нем, стереть границу между ними.

Именно эта слабость заставила ее спасти Грейс вместо того, чтобы позволить пуле осуществить возмездие.

Эмми заставила себя встать. Они провели вместе лишь несколько минут, но она успела отвлечься. Пора было вернуться и успокоить встревоженных слуг – и Мэри, которую из-за суматохи она не видела с начала бала. Бедняжка, должно быть, была вне себя от волнения, ведь Эмми в буквальном смысле исчезла без предупреждения.

Джек, идущий рядом, взял ее за руку. «Не поддавайся», – мысленно уговаривала себя Эмми, но после двух лет, проведенных в Гримсбейне, ей отчаянно хотелось разделить с кем-то боль. И Джеку, вероятно, тоже.

— Калеб смог рассказать, что произошло? – спросила она, глядя вперед, на усадьбу.

Джек тихо вздохнул и потер лоб.

— Канцлер с самого начала знал, что в пожаре, убившем Роуз и Лиззи, виноват Оливер. И полагал, что Калеб тоже все знает благодаря своему искусству. Он не хотел рисковать, оставляя его в живых.