Книга Ревелль, страница 109 – Лисса Мия Смит

Триста бессильно обмякла.

— Единственным человеком, который точно знал, зачем он напал на Дьюи, был твой дядя, а его уже нет в живых. – Старуха обернулась ко мне. – Твоя очередь.

Дрожащими пальцами я достал из бумажника фотографию.

— Расскажите, что вам известно о моих родителях.

Триста толкнула меня локтем:

— Ты должен сформулировать это как вопрос, иначе…

— Я совру? Если бы, – хихикнула Мэг, и хриплый смех перешел в сухой кашель. Когда она снова подняла глаза на меня, из них испарилось все веселье. – Ты меня совсем не помнишь?

Сердце замедлило бег.

— Помню эту комнату.

— А я помню твои глаза. Огромные, на пол-лица. Такой яркий голубой цвет трудно забыть. Особенно когда ты был маленький и целые дни проводил на пляже, на загорелой коже глаза выделялись еще ярче.

Я сглотнул ком в горле.

— Сколько мне было лет?

— Три, а может, четыре. Родители приводили тебя дважды.

— Зачем? Зачем они к вам приходили?

— За ответами. Как и ты.

Она пристально посмотрела на меня, глаза затуманила печаль. Я подался вперед и, не мигая, поймал ее взгляд.

— Прошу вас.

Она сложила руки на коленях.

— Они приходили ко мне на следующий день после того, как исчезла их дочь. Твоя сестра. Она была еще совсем маленькая, вот-вот годик бы исполнился. И посреди ночи вдруг пропала прямо из колыбельки. Они щедро заплатили мне за ответы, но я так ничего и не нашла. Ни свидетелей, ни улик. Никто из моей семьи не слышал ни слова про эту страшную историю, а я, поверь, мой мальчик, слышу всё. Были опасения, что за этим стоят Хроносы, потому что твои родители дружили с Ревеллями. Послушная мэру Хроносу полиция вела расследование спустя рукава, и, конечно, никто так и не доказал, что в этом деле был преступный умысел.

Триста, сидевшая рядом со мной, не шелохнулась.

— Что было дальше?

Старуха вздохнула:

— Прошло несколько недель. Две, а то и три. Твои родители пришли опять и рассказали, что похититель явился к ним с требованием: они получат обратно свою дочь, целую и невредимую, если сделают для него нечто ужасное. Ни твой папа, ни мама не хотели идти на это.

Я едва почувствовал, как Триста сжала мне руку.

— Они просили меня найти этого человека. Скорее всего, он был из Хроносов, поскольку очень точно рассчитывал время визитов, чтобы не быть обнаруженным, но при этом носил театральную маску Ревеллей. Тигриная морда с усами и всем прочим.

— Что было дальше? – спросил я.

— За малейшую подсказку они обещали мне всё – свой магазинчик, сбережения, всё, что у них есть. Но я так ничего и не смогла разузнать об этом таинственном госте. Он был словно призрак, преследующий только их. Гость появился снова, повторил свои требования и сказал, что это последнее предупреждение. Твои родители… – Мэг сделала паузу, ее чеканящий слова голос стал тише: – Уж мне-то, с моим ремеслом, часто приходится видеть людей в бедственном положении, но такое отчаяние, такие страдания… Они глаз с тебя не спускали. Ты хотел отойти поиграть с моей кошкой, но мама схватила тебя, прижала к себе и не отпускала ни на миг. Читать ее мысли было все равно что подслушивать крики грешников в аду.

Я постарался отгородиться от всех этих тяжелых слов, не позволяя себе согнуться под их весом. Сейчас не время.

— Что с ними стало?

— Они не могли переступить через себя и сделать то, что от них требуют. Тот человек не предоставил никаких доказательств, что их дочь жива. А его требования были… немыслимы. Ради твоего спасения они отвели тебя в приют на Ночной стороне и договорились, что ты будешь отправлен куда-нибудь подальше от Шармана. Сами они перестали общаться с другими семьями Ночной стороны, особенно с магами. Никому не доверяли. Лишившись своих детей, они были раздавлены горем. И только спустя много лет пришли ко мне еще раз.