Книга Ревелль, страница 191 – Лисса Мия Смит

— Мы вернемся, – пообещал я. – Как только минует опасность.

— Так что не прощаемся. Два месяца – это для Хроносов шестнадцать лет. Четыре месяца – уже больше тридцати. Только постарайся, чтобы вас не нашли.

Даже сейчас Роджер старался все предусмотреть. Он всегда заботился о других. Обо мне.

— И тогда ты нас разыщешь?

— Непременно. – Он крепко обнял меня и шепнул на ухо: – Не теряй времени. Надеюсь при встрече услышать много интересных рассказов.

Неужели мы прощаемся? Это не укладывалось в голове.

— И скажи Тристе…

Роджер выпустил меня:

— Скажу. А теперь иди.

Лакс неохотно высвободилась из объятий своего семейства. Ее лицо было мокрым от слез, но, когда Колетт шепнула что-то ей на ухо, она просияла искренней улыбкой. Лакс больше не пряталась.

— Танцовщицы канкана, на сцену! – приказал Вольф. – Выиграйте для нас немного времени.

— Где Тревор? – спросила Милли, озираясь.

Улыбка Лакс мгновенно погасла.

— Я справлюсь, – шепнул Роджер. – Беги.

— Но…

— Сюда направляются охранники Дьюи, – перебил Вольф. – Поторапливайся.

Лакс с болью во взгляде посмотрела на Милли, и в этот миг я коснулся ее руки:

— Сейчас или никогда.

Ее пальцы скользнули мне в ладонь.

Взявшись за руки, мы выбежали из театра.

Мы помчались к запасному выходу, но один из охранников Дьюи преградил нам путь. Увидев нас, он удивленно вытаращил глаза:

— А где мистер Хронос?

— В уборной. – Я выпустила руку Джеймисона. – Простите. Мне надо на свежий воздух.

Охранник окинул меня взглядом и сурово сдвинул брови. Он что, увидел, алые пятна на моем лице? Или на трико кровь Тревора…

О господи. Тревор.

— Что тут у вас происходит? – сердито спросил охранник.

Черт бы его побрал. Я призвала свою магию – от нее не осталось ни капли.

Охранник перевел взгляд на Джеймисона и бросился на него. Тот отпрянул, схватив меня за руку.

Я потянула Джеймисона сквозь лабиринт кабинетов и гримерок, а по пятам за нами грохотали тяжелые сапоги охранника. Откуда-то из-за кулис, перекрывая нескончаемые крики «Дью-и! Дью-и!», доносился жалобный плач. Милли? Оплакивает погибшего Тревора? Я пыталась заставить его соврать, но сделала только хуже, и вот…

Джеймисон затащил меня в какую-то темную комнату и запер дверь. Я чуть не споткнулась о рассыпанные по всему полу подушки и одеяла, на которых по ночам спали мои родные. Джеймисон взобрался на письменный стол, открыл окно и высунулся наружу.

— Путь свободен.

Я вскочила на стол рядом с ним:

— Ты первый.

В дверь заколотили.

— Откройте сейчас же! – взревел гулкий бас.

Джеймисон преградил дорогу от двери к окну:

— Иди. Я сразу за тобой.

Выпрыгнуть из окна не составляло труда – до земли было всего метра два. Я шагнула в сторону, освобождая место Джеймисону.

Он бросил мне одеяло:

— Возьми, завернись.

Как всегда, предусмотрителен. Я спряталась в тени. Он вылез из окна, свесив длинные ноги. Спрыгнул, поднялся и отряхнул брюки.

— Неплохо для человека, далекого от акробатики.

Я коротко поцеловала его.

— Бежим.

Под мелодию канкана мы побежали по переулку. Джеймисон крепко держал меня за руку, словно боялся потерять. Снова.

Мы свернули за угол…

Охранники Дьюи. Сразу двое. Резко обернулись к нам.

«Только не узнайте меня, только не узнайте». Но мои беззвучные мольбы не действовали без драгоценного камня. Или без кровной магии.