Книга Уговор света и тьмы, страница 21 – Дарья Весна

Эдолиэль поморщился и потёр лоб с таким выражением лица, словно мучился головной болью. Даже если эльфы никогда ею не страдают.

— Однажды мы говорили с ним — останется ли он навсегда или уйдёт, когда пожелает того. Виктор сказал, что уйдёт, когда придёт срок.

— Но прогнал его ты, — уточнил эльф.

— Но прогнал его я.

— И каким же образом ты до этого додумался, друг? — насторожено улыбнулся Эдо.

— Печати Зла, — прямо посмотрел на него Император.

— Чьи печати? — уточнил эльф.

— Печати — Зла, — пояснил Васил.

— Васил, ты же понимаешь… — протянул эльф.

— Да. Но это и есть ответ. Просто ты приехал в Василиру после того, как Зло отсюда смоталось. А до этого очень успешно старалось меня развратить, — поведал другу Император.

— Так что, придворный маг, проклявший эту должность, всё-таки существовал?

Император поморщился. Сам он не чувствовал, что исчезнувший однажды отец, якобы служивший при дворе придворным магом эту должность проклял. Просто так получалось. Почему? А кто его знает — то ли действительно папочка старался лишних людей отсюда отвадить, то ли ещё кто. Например, ректор Бро так мстил. А то и вовсе не та загогулина, чтобы виноватых искать. Судьба и не такие номера откалывает.

— Точно не знаю, врать не буду, проклял он эту должность или нет, но… — поморщился Васил.

— Судя по тому, что Тана рассказывала — это был не человек, а исчадие Ада, — признался Эдо в тайном шпионаже.

— Хуже — его хозяин.

Эльф на мгновение завис, не переваривая полученную информацию.

— Э-э-э… Сам? — Эдолиэль нервно сглотнул.

В таком свете игры сегодняшнего дня придётся считать ещё опаснее, чем он мог вообразить. Эльф-то рассчитывал обнаружить всего лишь невероятно сильного тёмного мага.

— Сам, — настала очередь Васила рукоприкладствовать к больной головушке.

— Не может быть. Я никогда… — разволновался Эдо. — Я никогда не слышал, чтобы он сам… Хочешь сказать, он лично заявился не в самое большое и значимое государство, и служил придворным магом? Я согласен, василийцы не простые ребята, умные, гордые и воинственные, их есть чем прельстить. Но именно поэтому переманить их на свою сторону сложновато. Я знаю, я заглядывал в ваши души, чтобы понять вас.

— Даже в мою? — склонил голову Император, пряча глаза.

— Ты — мой лучший друг. Я никогда бы не стал этого делать без особой причины, — уверенно ответил Эдолиэль. — И… мне не нужно лезть к тебе в душу. Потому что я тебе верю.

— Говорят, чужая душа — потёмки, — с сомнение пробормотал Васил.

— Только не для эльфа! Для нас чужая душа — это свет. И чем он ярче, тем проще стать эльфу другом.

Император невесело усмехнулся.

— Так ты хочешь узнать, что он забыл здесь, в Василийской империи? — поинтересовался Васил.

— Да. Я понял бы, что он забыл в Зилене, Нарисе или у восточных кочевников — своих последователей забыл, но что он мог потерять в Василикии?

— Своего сына, — поднял Император на эльфа свои вмиг потемневшие глаза.

Глаза Эдо недоверчиво сузились, на ясном лбу появилась глубокая складка. Он медленно покачал головой, отрицая сказанное.

— Не может быть! Он обманул тебя. Обманул, чтобы управлять тобой, чтобы смутить твой разум и заставить страдать.

— Эдо, скажи честно, есть ли во мне что-нибудь от Ниикола? — Васил перестал именовать Васила VI отцом после его смерти.