Книга Сера, страница 20 – Калли Харт

— Если она выпьет кровь, то сделает. – Алгат давила, явно недовольная тем, что я проигнорировала ее требование. – Весь двор знает, что ты не питалась с тех пор, как очнулась от полуночного поцелуя, девочка. Выпей чьей-нибудь крови, и все будет хорошо. Мы возложим на твою голову венец, а потом до восхода солнца примемся топить себя в вине, провозглашая тебя нашей новой королевой, если ты это сделаешь.

— А если нет?

Таладей уже преодолел половину возвышения, направляясь ко мне.

— Саэрис.

— Послушайте его, – усмехнулась Зовена. – «Саэрис». Он называет ее по имени! А почему бы и нет? Он ее создал. Она принадлежит ему. Он использует ее как свою марионетку, чтобы управлять из тени. Если примете ее, пеняйте на себя. Но знайте, что вашей королевой будет подставное лицо. Знайте, перед кем вы на самом делепреклоните колени, когда поклянетесь в верности!

В Зилварене бывали странствующие театральные труппы, которые решились бы на убийство, чтобы заполучить Зовену в качестве ведущей актрисы. Эта женщина действительно начинала меня раздражать. К счастью, Таладей, похоже, был невосприимчив к ее драматизму.

— Ты не обязана, Саэрис. Это не закон.

— Это не закон, потому что в нем никогда не было необходимости, – прошипела Зовена. – Правитель вампирского двора должен быть вампиром!Для истинного короля Аммонтрайета питаться кровью живых – величайшее наслаждение, которое только можно представить. Он проявляет свою природу, не нуждаясь в уговорах.

Несмотря на нашу подготовку в течение последних нескольких дней, Таладей не предвидел такого развития событий. Возможно, ему следовало бы. Вполне логично, что эти монстры выдвинули условия. Я была незваной гостьей, поселившейся в их дворце. Наполовину феей. Естественно, они относились ко мне настороженно. Только мученики знали, как они смогли определить, что я не питалась кровью, но это была правда. Я не хотела. Не испытывалажажды.

— Мои сестры правы, ваше величество, – вмешался Эрет. – Если бы вы приняли от нас коронационный дар, возможно, это уняло бы наше беспокойство. Скажем, красивую молодую женщину, которую можно выпить? – Его черные как смоль глаза метнулись к Кингфишеру. – Или… может быть, есть более простое решение этой проблемы?

— Нет, – огрызнулась я. – Если это не предписано, незачем устраивать представление.

Все это время Хазракс крутил головой из стороны в сторону, наблюдая за разворачивающейся сценой. Он ничего не говорил, но при этом его странные жабры раздувались. Спрятав руки в рукавах своего белоснежного одеяния, он впитывал происходящее, не произнося ни слова. Однако теперь он повернулся ко мне лицом, обратив свое внимание на меня… и мою пару. Кингфишер вышел вперед и повернулся спиной к собравшимся – немыслимое проявление неуважения. Но я знала Фишера: ему было плевать на неуважение к санасротскому двору. Он хотел смотреть мне в глаза, когда заговорит со мной.

— Просто сделай это, Оша.

— Что?

— Укуси меня. Выпей. Сделай два глотка – и покончи с этим. Они пытаются подорвать твой авторитет, потому что уверены, ты не сумеешь. Но пошли они куда подальше. Все просто. Сделай это, и сможем уйти отсюда.

В моей голове прозвучало:

— И мы вернемся в Калиш. К Рену, Лоррету и Лейн.

— В его словах есть смысл, – сказал Кэррион.