Книга Сера, страница 44 – Калли Харт

— Не могу передать словами, как я рад тебя видеть, – прошептал он мне в волосы.

— Ладно, хватит, – проворчал Фишер.

Ренфис со смехом отстранился.

— Я не собираюсь говорить это прямо, но ты ведь понимаешь, как ведешь себя, верно? – сказал он.

Фишер сделал вид, что хмурится, но при этом шутливо толкнул друга. Лоррет обнял меня за плечи, что, похоже, не добавило Фишеру радости, но, по крайней мере, он стоически вынес проявление его братской привязанности. Улыбка Лоррета погасла, когда Ишабаль, рыжеволосая ведьма, шагнула вперед, чтобы поприветствовать меня. Он пробормотал что-то о вероломной крови, а когда она потянулась, чтобы взять меня за руку, издал звук отвращения и отошел, направившись к своему месту за обеденным столом.

— Приятно встретиться снова при менее напряженных обстоятельствах, – произнесла ведьма мелодичным голосом. Теперь, когда я задумалась об этом, ее акцент напомнил мне Ренфиса. Стоило бы спросить у него, не из одной ли части Ивелии они родом. Ишабаль выглядела потрясающе в свободной темно-синей блузке, стянутой кожаным поясом, и длинной струящейся черной юбке, колыхавшейся вокруг ее сапог на каблуках. Густые кудри были распущены и казались красными, как пылающий закат. – Надеюсь, ты не против, что я вторглась на ужин в честь твоего возвращения? Меня пригласила Те Лена. Я бы вернулась домой еще неделю назад, но меня пригласили поработать здесь. И я с удивлением обнаружила, что наслаждаюсь временем, проведенным вдали от клана.

Она говорила так, словно злоупотребляла гостеприимством в моем доме. Калиш был родовым поместьем Кингфишера. Он принадлежал его семье с незапамятных времен. Казалось странным, что кто-то ведет себя так, будто поместье принадлежит мне. Это не было правдой. Или… грешники, может, теперь стало? Совсем чуть-чуть. Все казалось таким запутанным. Черт, мне не хватало времени, чтобы разобраться в происходящем.

— Не смей извиняться за то, что осталась. Без тебя мы потеряли бы Эверлейн. И ты помогала Те Лене извлечь ртуть из Кингфишера. Здесь нет никого, кто был бы недоволен твоим присутствием.

Ишабаль просияла, в ее глазах заплясали смешинки. Она сжала мою руку и кивнула через плечо, приподняв брови.

— Я ценю твои добрые слова, правда! Но, думаю, есть как минимум один воин, который предпочел бы, чтобы я умерла в канаве, а не оставалась здесь, оскверняя залы Калиша своим ведьмовским присутствием.

Слух Лоррета был не хуже, чем у остальных фей в обеденном зале. Он слышал каждое слово Ишабаль и, судя по грозному выражению лица, испытывал недовольство. Впрочем, Ишабаль, похоже, это не волновало.

— Не беспокойся. Я не люблю устраивать драмы, даже если другие, кажется, не прочь.

За столом раздался громкий стук: Лоррет опрокинул кружку с элем и яростно пытался вытереть его салфеткой.

Ишабаль фыркнула.

— Почему он так ненавидит твой род? – Я знала Лоррета веселым, добрым и заботливым. Но его поведение рядом с женщиной, так много сделавшей для нас, повергало меня в недоумение.

Улыбка Ишабаль угасла.

— Ах. Наверное, будет лучше, если я позволю ему самому рассказать об этом.

Те Лена и ее муж, Мейнир, были одеты в наряды схожих цветов – золотистого и коричнево-серого. Они излучали счастье, когда разговаривали со мной и Фишером, рассказывая обо всем, что произошло за последние несколько дней в Калише. Сияние Те Лены померкло только тогда, когда я спросила, как дела у Эверлейн, и целительнице пришлось сказать, что сестра Кингфишера все еще спит и никак не может проснуться. Впрочем, она быстро повеселела снова.