Книга Весна севера, страница 120 – Юлия (Ли) Ода

Следующие две недели у меня не было ни единой свободной минуты. Я не то что в себя прийти не могла, но даже просто сесть и хорошенько подумать о случившемся никак не получалось. С утра до вечера всем вокруг непременно нужно было решать какие-то вопросы типа заготовки дров… или пива… или извести для ремонта… причем делать это именно с княгиней! Как будто никого, кроме меня, в Ахельне вообще не осталось. Я зверела, сатанела и постоянно удивлялась, а как же отец со всем этим справлялся? Причем не особо напрягаясь даже и без проблем позволяя себе пиры с охотами.

Кроме обязанностей княгини, навалилась и масса мелких, каких-то совершенно незначительных магических дел, отнимающих оставшиеся крохи времени. Никогда всерьез не задумывалась, что магики на самом деле не только фейерверками и праздничными декорациями занимаются, но и тем, например, чтобы сортиры как положено работали, не засоряясь. А дымоходы не дымили… И козы рожали благополучно, не говоря уже про служанок… Ужас, в общем!

Но шаркающая ногами тень, оставшаяся от мэтра, оказалась настолько хорошим укором, что протестовать у меня даже в мыслях не было. А еще… Никак не оставляло странное ощущение, будто не все с ним так просто, как мне хотят показать. Не оставляло, да, сколько бы я ни пыталась его отогнать… Но и уловить, что именно меня настораживает, – тоже не могла. Опять-таки не хватало чертова времени сесть и хорошенько подумать.

Впрочем, мне даже совестью угрызаться по этому поводу оказалось некогда. И даже тосковать об уехавшем муже! Только ту нашу с ним ночь иногда вспоминала да глупо улыбалась не к месту, периодически ловя непонимающие взгляды челяди. Но отказать себе в этом все равно не могла. Да и не хотела – оно для меня сейчас было нужнее воздуха. Дышать позволяло. И жить.

Вот так глянешь мимолетно на ногти – на узор, где поверх завитков золота и серебра легли теперь тонкие лазоревые линии, – и силы вдруг опять откуда-то появляются. Снова бежать и решать дурацкие вопросы: с провалившейся кровлей, недовольными чем-то наемниками или очисткой рва от наросших там лопухов и прочего мусора.

И только совсем вечером, прежде чем провалиться в сон, такой же беспросветный, как и дневная жизнь, я могла выкроить несколько минут, чтобы попытаться хоть немного привести мысли в порядок и подумать, что же на самом деле вокруг происходит. В ширину, так сказать, подумать. Но ловила себя на том, что для этого категорически не хватает ответов на очень многие вопросы.

При чем здесь селки? И для чего им нужна была ведьма? И ковен? Что затеяли эти чертовы магики, заключая договор с морскими людьми? Или… им не селки нужны, а то, что стоит за ними? Этот ужас из моря?

Я уже замучилась отгонять от себя столь явную глупость, но она все равно упорно лезла в голову. Вместе с сожалениями, что так и не удалось расспросить эрависского князя, откуда у него сведения о фаолад.

И еще мне жутко не хватало советов Ольги. Или хотя бы просто разговоров с ней. Настолько, что однажды я решилась. Грубо наплевала на очередные дела, начавшие осаждать меня с самого утра, разогнала всех просителей княжеских советов и отправилась в тот зал, где снова лежало вернувшее себе полную силу Сердце Севера. Пошла на предмет установки дальней связи с Эрависсой.