Книга Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй", страница 111 – Алена Шашкова

— Нет. Все, наоборот, хорошо, — говорю я. — Лучше, чем могло бы быть. Мы подписали договор с “Королевской Звездой”, сегодня все продалось в магазинчике, поэтому много пришлось поработать. Управляющий с фабрики написал, там Франца уже поминают недобрым словом. А это… Наверное, просто усталость.

— Тогда стоит отдохнуть? — я не вижу, но слышу его улыбку, когда он подхватывает меня на руки, берет лампу и несет наверх.

Очень бережно, практически нежно, но так, чтобы я не переживала, что он может меня уронить. Бьерн толкает плечом дверь в мою комнату и ставит лампу на каминную полку.

— Погоди, я еще должна… — пытаюсь остановить его я.

— Выспаться. Это то, что тебе нужно после всех нервотрепок, — безапелляционно заявляет Бьерн. — И не обсуждается!

Он ставит меня на пол и не отпускает, пока не убеждается, что я уверенно держусь на ногах. Бьерн делает шаг назад, но я ловлю его за руку.

— Подожди, — говорю я. — Побудь со мной. Расскажи, как твой день прошел. Ты, как обычно, пропал, а я не знала, когда ты вернешься. И вернешься ли.

Отсветы лампы падают на его лицо, подчеркивая следы усталости и делая еще ярче золото глаз.

— Элиз… — во взгляде Бьерна мелькает неуверенность, там словно происходит о непонятное мне сражение, которое приносит ему боль. — К тебе я вернусь. Всегда, пока я нужен тебе.

— Тогда сейчас не уходи. Не хочу быть одна.

Я переплетаю наши пальцы, тяну его к себе, кладя другую руку на его грудь. Может, я и не права. Может, все эти секреты между нами окажутся ужаснее, чем представляются сейчас. Но и отрицать свои желания я тоже больше не хочу. Просто возможность быть с ним рядом — не так уж и много я прошу.

Бьерн сдается. Он склоняется, целует меня в лоб, снова подхватив на руки, относит меня на кровать, потом снимает свою куртку и ложится рядом, позволяя мне устроиться у него на груди.

— Что ты знаешь про драконов, Элиз? — спрашивает мужчина, проводя пальцами по моим волосам и обволакивая меня своим теплом и только ему присущим ароматом.

— Что они большие, страшные и жутко важные. И, судя по нашему герцогу, весьма злопамятные, — отвечаю я.

Я чувствую, как его грудь тихо вздрагивает от смешка.

— Негусто, — говорит Бьерн. — Давай я тебе лучше расскажу не про день, в нем не было ничего интересного. Расскажу тебе про драконов.

Я пожимаю плечами, давая понять, что не против. Возможно, он знает гораздо больше, раз знаком с Флареном близко. Да и… мне действительно интересно.

Бьерн рассказывает, и его голос становится тише, глубже, а я слушаю, завороженная. Моя рука лежит у него на груди, и я чувствую под ладонью ровный, сильный стук его сердца. Его слова обволакивают меня теплом, более настоящим, чем одеяло. Веки становятся тяжелыми, его голос сливается с биением его сердца, превращаясь в одну убаюкивающую мелодию.

И снятся мне не просто картинки. Снится ощущение. Ветер в лицо. Близость огромных, мудрых крыльев. И голос, который теперь кажется знакомым:

“Посмотри, как мы прекрасны. Хочешь быть такой?”

Я открываю глаза, когда за окном едва теплится рассвет нового дня.

Рядом никого, и можно было бы подумать, что мне все приснилось, но постель вся пропиталась ароматом Бьерна: лесной костер, гроза и уверенность.

Не могу в себе разобраться: с одной стороны, мне тоскливо оттого, что он все же не остался со мной, но в то же время я понимаю, что это к лучшему. По крайней мере, мне не придется испытывать неловкость, глядя на Бьерна, и как-то пытаться оправдать вчерашний момент моей слабости.